Я будто алкоголик, думает Арт. Ему не раз доводилось слышать, как завязавшие алкоголики заходят в винные магазины, хотя беспрестанно клянутся, что больше там не появятся. В магазине утверждают, что просто так, поглядеть, а совсем не за выпивкой. Потом покупают бутылку. Только для того, чтобы в бар поставить, пить – ни за что.

А потом выпивают.

Вот и я так же, меня притягивает Тио, точно алкоголика бутылка.

И вместо того, чтобы отправляться вечерами домой, Арт, сидя в машине, припаркованной за полтора квартала от автосалона Тио, наблюдает за его офисом в зеркало заднего вида. У Тио, похоже, торговля машинами идет хорошо, потому что он засиживается в офисе до восьми, а то и до половины девятого. Арт караулит его у подъездной дороги до полуночи или часа ночи, но Тио никуда не выходит.

Наконец на шестой вечер Арту повезло.

Тио выходит из офиса в половине седьмого и едет не к себе в пригород, а в центр города. Арт держится поодаль в густом потоке вечернего транспорта, но ухитряется не потерять «мерседес»: тот катит через Центро Историко и тормозит перед рестораном Талаверы.

Снаружи несут охрану трое federales , двое полицейских штата Халиско и пара ребят, по виду смахивающих на агентов ДФС. На дверях ресторана табличка «Cerrado»  – закрыто. Один из federales  открывает для Тио дверцу, тот выбирается из машины, и federale , точно служащий парковки, отгоняет «мерседес» на стоянку. Коп из Халиско распахивает дверь неработающего ресторана, и Тио входит. Другой коп из Халиско машет Арту, чтоб проезжал.

Арт опускает стекло:

– Я хочу перекусить.

– Закрытая вечеринка.

Это точно, думает Арт.

Он оставляет машину в двух кварталах от ресторана, прихватывает «Никон» с объективом 70‑300 и сует его под пиджак. Перейдя дорогу и отшагав полквартала, сворачивает в проулок налево и идет, пока, по его расчетам, не доходит до задов здания, стоящего напротив ресторана, хватается за пожарную лестницу, подтягивает ее вниз, добирается до третьего этажа и попадает на крышу.

Шефу‑резиденту Управления по борьбе с наркотиками вроде не полагается заниматься такой работой, его обязанность – сидеть в офисе и налаживать сотрудничество с мексиканскими коллегами. Но я вижу, как через дорогу эти коллеги охраняют мой объект, думает Арт, так что сотрудничества у нас, пожалуй, не получится.

Пригибаясь, Арт пробирается к низкому ограждению по краю крыши и ложится, прячась за него. Слежка обернется огромными счетами из химчистки, мелькает у него, когда он, растянувшись на грязи, устанавливает фотоаппарат на парапете и наводит его на ресторан.

Очень скоро целая вереница машин выстраивается перед рестораном Талаверы. События развиваются по знакомому сценарию: полиция Халиско стоит на страже, a federales  изображают служащих паркинга, из машин вылезают козырные фигуры мексиканской наркоторговли и шествуют в ресторан.

Словно голливудская премьера для наркозвезд.

Гарсиа Абрего, глава картеля на Заливе, выбирается из своего «мерседеса». Вид самый почтенный: пожилой, серебристо‑седые волосы, аккуратные усики и деловой серый костюм. Гуэро Мендес – картель Баха – похож на наркоковбоя, каковым он и является. Светлые волосы, почему и прозвище Гуэро – Блондин, свисают длинными прядями из‑под белой ковбойской шляпы. Он в черной шелковой рубашке, расстегнутой до пояса, в черных шелковых брюках и черных ковбойских сапогах с заостренными, отделанными серебром носами. Чалино Гусман очень похож на деревенщину – хотя никакой он не деревенщина – в нескладно сидящем старом пиджаке, брюках не в тон и зеленых сапогах.

Господи, мелькает у Арта, это ж настоящее, черт их раздери, сборище на Аппалачах, только что эти типы не слишком‑то беспокоятся, что нагрянет полиция. Точно крестные отцы из Семей Чимино, Дженовезе и Коломбо собрались на совещание под охраной ФБР.