Loading...
Изменить размер шрифта - +
  Ребенок  протягивает  руку  к  огню.  Огонь  жжет.  Это
воздействие огня на кожу передается нервами в мозг, а от мозга идет к руке
ответная реакция: ребенок отдергивает руку. Представление огня связывается
у ребенка с представлением боли. И всякий раз, когда ребенок видит  огонь,
он начинает боязливо отдергивать руку. Получилось  то,  что  мы  называем,
по-ученому, условным рефлексом... Приведу более сложный пример.  Вы  даете
собаке есть и одновременно, каждый раз, когда она ест, играете на  флейте.
Обед с музыкой. Во время еды у  собаки  обильно  отделяется  слюна.  Через
некоторое время, когда игра на флейте тесно свяжется в сознании собаки  со
вкусовыми ощущениями, вам довольно будет заиграть на флейте, как у  собаки
начнет усиленно выделяться слюна. Условный рефлекс!.. И  подумать  только,
что самые "святые" чувства  человека,  как  долг,  верность,  обязанность,
честность  и  даже  знаменитый  кантовский   "категорический   императив",
являются  условными  рефлексами  совершенно  такого  же  порядка,  как   и
выделение собачьей слюны! Процесс создания  таких  рефлексов  сложнее,  но
существо то же. При таком научном освещении, признаюсь,  все  эти  высокие
добродетели не возбуждают во мне особого почтения...
   Вот  поэтому-то  мне  подчас  и  кажется,  что  кому-то   выгодно   это
слюнотечение добродетели, кто-то играет на флейте религии, морали,  долга,
честности, а мы, глупые, распускаем слюни. Не пора ли  бросить  весь  этот
старый хлам и перестать плясать под дудку старой морали?..
   Зауер решил изменить разговор и вновь задал Штирнеру вопрос, почему  он
оставил ученую карьеру.
   - Вы так много знаете, Штирнер, - сказал он. - Быть  может,  на  ученом
поприще вы скорее достигли бы известности и всяческих успехов.
   - А вот почему оставил я ученую карьеру,  уважаемый  Зауер,  -  ответил
Штирнер с лукавой  искоркой  в  глазах.  -  Я  анатомировал  около  тысячи
человеческих мозгов и, представьте, нигде не нашел ума. И я решил,  что  с
мозгами гораздо приятнее иметь дело, когда они лежат,  хорошо  зажаренные,
на обеденном столе нашего добрейшего патрона.
   - Какие гадости вы опять говорите! - услышал  Штирнер  за  собой  голос
Фит.
   -  Тысячу  извинений!  Но  уверяю  вас,  что  наш  Готлиб  не  питается
человечиной. Разве только иносказательно, ха-ха! Я чувствую, например, что
завтра утром он скушает банкирский дом Тепфер и Кo... Я  же  хотел  только
сказать, что средневековым  властителям  хорошо  было  заниматься  наукой,
когда у них под руками были горы всякой снеди и бочки  вина.  А  теперь..,
вот я  и  Зауер  всего  только  скромные  служащие  банкира,  и  даже  вы,
прекраснейшие фрейлейн, его машинистка и стенографистка, получаете больше,
чем молодой доктор великолепнейших наук. Как видите, я  откровенен.  Не  я
первый и не я  последний  предпочел  чечевичную  похлебку  будущим  благам
первородства. Впрочем, как знать? В школе нас учили, что  прямая  линия  -
кратчайшее расстояние между двумя точками.
Быстрый переход