Он бормотал что то о мести, и они еще никогда не видели его в такой ярости.

По его план как всегда был хорош. Перривезер показал им изображение атомного устройства, дал все пароли и опознавательные знаки.

– А эта штука не радио как это там? – спросил Ансельмо.

Он читал о таких вещах.

– Радиоактивна, – ответил Перривезер. – Но вам не долго придется иметь с ней дело. Вы только передадите ее вот этим двум людям. Он показал им фотографию молодой женщины с пустым выражением лица и молодого человека с отсутствующим взглядом.

– Это Мусвассеры. Они установят взрывное устройство. Передайте им, чтобы на этот раз не старались пронести его за ворота. Оно не обязательно должно быть внутри. В этом и прелесть атомного оружия, вам достаточно находиться в миле или около того от вашей цели. Однако же я настаиваю на одной вещи, передайте, я велел им непременно убедиться, что эти двое находятся в лаборатории перед тем, как взрывать устройство.

Валдрон показал своим наемникам фотографии двух мужчин, один из них носил кимоно, другой был худой белый парень с широкими запястьями.

– Я хочу, чтобы они были мертвы, – сказал Перривезер.

– А как эти двое смогут убедиться, что ваша парочка внутри? – спросил Мирон.

– Не знаю. Это вы сами сделаете. И сообщите, когда точно удостоверитесь. Я уже устал иметь дело с любителями.

– Мистер Перривезер, а могу я задать вам один частный вопрос? – спросил Ансельмо, осмелившись воспользоваться той близостью, право на которую как бы давали долгие годы успешного делового сотрудничества.

– Что такое?

– Почему вы вообще используете любителей?

– Порой просто нет выбора, Ансельмо.

– Ясно, – ответил Ансельмо.

– Именно поэтому мне так нравится иметь дело с вами, – заметил Перривезер. – Только одно мне в вас не нравится.

– Что же это?

– У вас обоих чудесные волосы. Только почему вы их так часто моете?

– Вы хотите сказать, что это лишает их естественности и живости?

– Нет. Лишает питания, – ответил Перривезер.

Как и всегда Ансельмо и Мирон убедились, что план Перривезера совершенен. Они безо всякого труда, легко проникли в хранилище атомных устройств и покинули его с двумя пакетами: в одном находилась сама бомба, в другом – часовой детонатор.

С Натаном и Глорией Мусвассер они встретились в пригородном доме под Вашингтоном. Дом принадлежал отцу Натана. Хорошо оштукатуренные стены были заклеены освободительными плакатами. Они призывали освобождать угнетенных, спасать животных. И особый плакат призывал освобождать черных.

Очевидно, этот призыв уже осуществили, так как вся местность по соседству была свободна от черных.

– Вы бы поосторожнее с этой штукой, – предупредил Ансельмо. – И вы не должны ее взрывать, пока те двое ребят не будут в лаборатории.

– Какие двое ребят? – спросила Глория.

Ансельмо показал им фотографию уроженца Востока и белого.

– А как мы узнаем, что они там?

– Мы вам сообщим.

– Хорошо. Кажется, это просто. И довольно ясно, – сказала Глория. – А теперь самое важное. Кто возьмет на себя ответственность?

– Никакой ответственности. Мы так не работаем. Но ведь нам уже заплатили.

– Минутку. Мы собираемся уделать эту лабораторию, там две сотни человек да еще окрестности, добавьте еще десять пятнадцать тысяч человек... Натан, помни, нам обязательно надо попытаться придумать какой то способ вывести домашних животных из опасной зоны, может, удастся.