– Ну, так давай же. Протяни мухе руку.

– А если она меня укусит?

– Дурак. Маленькие мухи не кусаются.

– Некоторые кусаются, – не согласился Натан.

– И что с того? Может, ей хочется поесть. Ты же не захочешь, чтобы она умерла с голоду, верно? Только из за того, что ей не хватило малой крошки еды, а у тебя ее так много, верно ведь?

– Наверное, нет, – с несчастным видом ответил Натан и протянул руку.

– Так уже лучше, – сказала Глория. – Иди сюда, моя маленькая мушка. Мы назовем его Рыжик. Иди сюда. Рыжик. Иди поздоровайся с Глорией и дядюшкой Натаном.

Муха приземлилась на сгибе натанова локтя.

С противоположной стороны двери Валдрон Перривезер III услышал визг, потом рычание. А потом еще один визг, когда муха укусила и Глорию.

Перривезер вставил на место третий стальной засов, похлопал по двери, и тонкая улыбка сморщила его лицо.

Доктор Декстер Морли был в отчаянии, когда ворвался в кабинет Перривезера.

– Они исчезли. Обе. Я только вышел на минутку в туалет, а когда вернулся, их уже не было.

– Мухи у меня, – ответил Перривезер.

– О, слава небесам! А то я так беспокоился. Где они?

– Я же говорил вам, что позабочусь о них.

Глаза Перривезера были точно кусочки острого льда.

– Да, сэр, конечно, – сказал Морли. – Но вам надо быть с ними крайне осторожным. Они очень опасны.

Хотя взгляд ледяных голубых глаз был по прежнему холоден, на губах Перривезера появилась напряженная улыбка.

– Доктор, вы достигли определенной вершины, – сказал он.

Морли беспокойно задергался. В устах Перривезера похвала звучала как то чужеродно. Доктор только кивнул, потому что не знал, как вести себя.

– Вы спрашивали меня, доктор, как мне удалось вызвать иные изменения в этих насекомых. Способность кусаться и воздействие этих укусов на другие живые существа.

– Да. Мне это действительно очень интересно.

– Дело в том, доктор... – Перривезер поднялся. – Я позволил себе пригласить несколько друзей, которые помогут нам отпраздновать достижение. Не думаю, что вы станете возражать.

– Конечно, нет.

– Они уже ждут нас. Почему бы нам не пойти к ним? – предложил Перривезер.

Его большая ладонь хлопнула доктора Морли по плечу и подтолкнула к дверям. По дороге Перривезер продолжал рассказывать.

– Собственно говоря, раньше у меня работал другой ученый, – говорил Перривезер. – И этими двумя достижениями я обязан ему. Но ему так и не удалось добиться главного. Эта честь приберегалась для вас.

– Спасибо. Вы очень добры. А кто был тот другой ученый? – спросил Морли.

Перривезер помедлил, когда Морли уже стоял перед заветной дверью. Валдрон потихоньку начал отодвигать засовы на ней.

– Да, это было великое достижение, – сказал Перривезер. – Вы сделали новые виды неуничтожимыми, и благодаря ему ваше имя теперь в списке жутких деяний науки всех времен. Вы сделали только одну маленькую ошибку.

– О, какую же?

– Вы сказали, что мухи будут способны к воспроизведению через несколько недель?

– Да.

– А они уже дали потомство, и теперь очаровательные маленькие личиночки уже подрастают на том ломте мяса.

– О, Господи! Их необходимо уничтожить. Если выберется хоть одна... их необходимо уничтожить.

– И снова ошибка, доктор Морли. Это вас следует уничтожить.

Он распахнул дверь, впихнул ученого внутрь и снова захлопнул дверь, быстро задвинув засовы.

Послышалось рычание, ничем не напоминавшее уже голоса Глории и Натана Мусвассеров. Потом раздался вопль, тяжелый удар и тошнотворный звук срываемой с костей плоти.