Джек оставался в постели, размышляя, не перейти ли ему на умеренное употребление пива до конца жизни.

— Думаю, вернусь к себе на побережье, — сказал он. — Надо поработать немного.

— Хорошо. — Она встала и без всякой цели подошла к одному из многочисленных французских окон своей комнаты. — О господи, подойди, посмотри на это, — сказала она. — В самом деле, взгляни.

Он не без труда поднялся и подошел к окну, выходящему на бассейн. На водной глади возлежал Клифф Майерс. Он плавал на спине, в темно-красных шортах до колен, несомненно принадлежавших Вуди Старру. Джилл стояла на краю бассейна в сногсшибательном бикини и, по-видимому, звала его, держа в каждой руке по стакану с ярким коктейлем.

— «Бренди-Александр», — объяснила Салли. — Когда я спустилась на кухню выпить кофе, Ниппи посмотрела на меня озабоченно и спросила: «Салли, вы не знаете, как готовить „Бренди-Александр“? Мисс Джарвис велела мне сделать целое ведро коктейля, а я не знаю, как его готовить. Есть у нас какая-нибудь книга про это?» — Салли вздохнула. — Итак, все сработало как по нотам, верно? Мистер Майерс и миссис Джарвис на наших глазах вкушают утренние коктейли у края бассейна на третье утро после кончины миссис Майерс. — Помолчав, она добавила: — И все же это более здоровое времяпрепровождение для Джилл, по сравнению с тем, как она обычно проводит утро: сколько лет я ее знаю, она лежит в постели до полудня с кофе и сигаретами, без устали решая эти идиотские кроссворды.

— Слушай, Салли, не хочешь поехать ко мне?

Она ответила, не отводя взгляда от окна:

— Не знаю. Вряд ли. Мы опять начнем ссориться. Я позвоню тебе, Джек, ладно?

— Ладно.

— Кроме того, я должна быть здесь, когда Вуди и Кикер вернутся домой. Думаю, понадобится моя помощь. Не Вуди, конечно, а Кикеру. Я хочу сказать, что Кикер меня любит — по крайней мере, раньше любил. Иногда даже называет «заместительницей мамы». — Салли долго стояла молча у окна. Она выглядела измученной, верхняя губа казалась вялой и расслабленной, как бывало, когда она напивалась. — Можешь себе представить, — спросила она, — что чувствует женщина, не способная иметь ребенка? Даже не обязательно хотеть его родить, ужасно уже то, что ты не можешь. А иногда… господи, даже не знаю… Порой мне кажется, что иметь ребенка — единственное, чего мне по-настоящему хотелось в жизни.

Нетвердыми шагами Джек направился на кухню.

— Привет, Ниппи, — сказал он. — Не отыщется тут для меня пива?

— Полагаю, мистер Филдс, что это можно устроить. Садитесь за стол.

Когда он устроился с пивом, она села напротив и сказала:

— Видите этот блендер? Сейчас он пуст. А двадцать минут назад он был доверху полон «Бренди-Александром». Мне кажется, это не очень разумно, а? Давать человеку столько спиртного с самого утра, когда у него мозги еще не встали на место после смерти жены три дня назад. Я считаю, нужно хоть немного себя ограничивать.

— И я тоже.

— Ну а с мисс Джарвис ничего нельзя знать заранее, — продолжала Ниппи. — Она очень… утонченная — вы понимаете, что я хочу сказать, очень… — она покрутила пухлыми пальцами, подбирая правильное слово, — богемная. Впрочем, мне все равно, что говорят другие. Я слышала, многие болтают всякое, а по мне так эта леди всем хороша, вот что я вам скажу. Я для мисс Джарвис что угодно сделаю. За эти годы она дважды помогла моему мужу получить работу, когда мы в ней очень нуждались.