— Милая, что я должен сделать? Как утешить тебя?

— Обними меня.

Эти слова были сказаны шепотом, но в ушах Тристана они прозвучали оглушительно. В следующее мгновение он привлек к себе девушку и крепко прижал ее к груди так, что ее сердце оказалось напротив его сердца.

— Не плачь, милая, — бормотал Тристан. — Теперь все будет хорошо. Теперь я с тобой.

— Ты ведь этого не допустишь? — прошептала она, тихо всхлипывая.

— Нет-нет, конечно, нет, — ответил Тристан, не понимая, что именно он обещает и о чем речь.

Прижимая к груди девушку, он чувствовал, что сердца их бились в одном ритме. И он знал, что сделает для нее все, что только сможет, и сразит любого врага, если она его об этом попросит.

— Не плачь, красавица. Рядом со мной тебе нечего бояться.

В его объятиях тело девушки расслаблялось, и Тристан чувствовал, что она успокаивается. А потом он вдруг понял, что она погрузилась в дремоту.

Прошло еще какое-то время, и Тристан сообразил, что головная боль окончательно его покинула — теперь голова его кружилась от радости. Он не знал, кто эта девушка и как ей помочь, но в одном был абсолютно уверен: это женщина из его снов или грез, женщина, которая вторгалась в его сны долгие годы. И она не призрак, она теплая, из плоти и крови.

«А я думала, что ты — сон», — сказала она. Значит, тоже знала о его существовании, знала, что они встретятся? А что это был за мужчина, который оставил ее всего несколько минут назад? Может, муж? Или любовник?

Тристан еще крепче прижал к себе девушку. Он знал, что она должна принадлежать только ему. Он давно уже поклялся, что никому ее не уступит. Да-да, не уступит, ведь он искал ее десять лет.

— Не расстанусь с тобой, чего бы это мне ни стоило, — прошептал Тристан. — Будь между нами хоть сам король, ты навсегда останешься со мной.

Внезапно послышались шаги, и тут же раздался тревожный шепот Фаро:

— Мой господин, собирайся скорее, твои посланцы уже приближались к Гринли, когда на них напали…

— Кто, разбойники? — Тристан поднял голову и увидел своего верного друга, стоявшего в дверях конюшни.

— Нет, — ответил Фаро, входя в полосу лунного света. — Это были люди из Сикреста. Они ищут тебя, и намерения у них самые скверные.

Тристан посмотрел на Хейд, мирно дремавшую в его объятиях, потом снова взглянул на Фаро.

— Им удалось прорваться в замок?

Фаро покачал головой:

— Нет-нет, их всего горсточка. Но они расположились лагерем у стен замка. — Презрительно сплюнув, Фаро добавил: — Они думают, что ты боишься встретиться с ними лицом к лицу.

Несколько мгновений Тристан раздумывал, потом встал, держа Хейд на руках.

— В таком случае я вернусь и приветствую их должным образом. Сейчас я, подожди немного…

Не обращая внимания на насмешливый взгляд Фаро, Тристан двинулся по проходу между денниками. Опустившись на чистое сено вместе с девушкой, он пригладил ее волосы и прошептал:

— Миледи, если ты слышишь меня во сне, подумай о моих словах. Я ничего о тебе не знаю, не знаю даже, где твой очаг. И все же я взял бы тебя с собой сейчас же, чтобы не оставлять здесь, в столь прискорбных обстоятельствах. — Он вспомнил о человеке, вызвавшем ее слезы, и, помрачнев, добавил: — Возможно, мне действительно не следовало бы покидать тебя сейчас, но все-таки я должен тебя оставить ненадолго. Скройся от своего мучителя, если это необходимо, но умоляю, не убегай далеко. Я обязательно вернусь за тобой.

Хейд шевельнулась и застонала во сне. Тристан склонился к ней и вдохнул аромат ее волос.