– Ребятки! Ютанк велела порадовать вас подарками, пока ее не будет дома.

Молчание. Затем тоненький голосок:

– А что это?

Я ткнул ее винтовкой.

– Откройте дверь и увидите.

Любопытство победило. Послышался звук отодвигаемой щеколды, ключ в скважине повернулся, заскрипели петли чуть приоткрывшейся двери. БАМ! Я ворвался в комнату подобно отряду полиции особого назначения. Стоявший у двери мальчишка мячом отлетел от нее и растянулся на полу. Другой, лежащий в постели, сел и закричал. Лицо его покрывали бинты. Держа под прицелом винтовки упавшего, я навел кольт на сидящего в постели.

– Встать к стене! – приказал я. – Ладонями упереться в стену, ноги отвести от нее подальше!

Они с мольбой посмотрели на Мелахат, но служанка свалилась на пороге в глубоком обмороке. Они сделали то, что им было велено, дрожа при этом и плача, а у одного началась икота. Я обыскал их, держась настороже и приготовившись сбить их с ног, если они попробуют выкинуть какой-нибудь номер. У них ничего не оказалось – и неудивительно: ведь они стояли в одних штанишках. Я облегченно вздохнул. Пока все шло нормально.

Я оглядел комнату. Ютанк красиво сложила ковры друг на друга, инструменты лежали на полках, на стенах висели картины. Не спуская глаз с мальчишек, я подошел к картинам. Это были вырезки из журналов, обрамленные Ютанк в золотые рамы. Звезды экрана! Одни мужчины! Актеры за все годы существования кино. А вот и книги. Я видел, как она носила их к себе. Следя, чтобы мальчишки чего-нибудь не выкинули, я перебрал пальцами тома. То да се. Целая серия книг в твердых обложках называлась «Иллюстрированное жизнеописание знаменитых кинозвезд».

Внезапно я понял, как еще лучше осуществить мои планы. Я угрожающе повернулся к мальчишкам. Они тряслись и дрожали. Теперь уже оба вздрагивали от икоты. Отлично. Они будут покладисты. Я помахал кольтом и взвел курок.

– А ну-ка, отвечайте: кто из этих кинозвезд нравится ей больше всего?

Тот, кого в данный момент не терзали рвотные судороги, на какое-то время перестал икать и тоненько прокричал: «Те двое, в конце!» – и показал рукой, потеряв при этом равновесие и ударившись головой о стену. Я подошел и взглянул: верно, на них пятна от губной помады – зацелованы! Рудольф Валентине и Джеймс Кэгни! Я выхватил эти довольно зачитанные экземпляры «Иллюстрированных жизнеописаний».

Затем достал из кармана рулон двухдюймовой липкой ленты, стянул ею обоим мальчишкам руки и ноги и залепил рты. Пинками я заставил Мелахат подняться и принести два одеяла, что она и сделала. Я расстелил их на полу, на каждое из одеял швырнул по мальчишке, взялся за углы и вскинул на плечо два узла, даже не прогнувшись.

– Мелахат, дерьмо верблюжье, – сказал я голосом, спокой ным как смерть. – Ты уберешь в этой комнате. Когда вернется Ютанк, ты скажешь ей, что у мальчишек заболели бабушки, что они позвали внуков к себе и что тех не будет много дней. – Она

то открывала, то закрывала рот, очевидно, пытаясь говорить. Я продолжал: – Если ты этого не сделаешь и Ютанк что-то заподозрит или услышит хоть одно слово о том, что я забрал их с собой, я перебью всех слуг.

Мелахат грохнулась и забилась головой об пол. Ага, я мог обойтись и без гипношлемов. Все, что мне было нужно, это винтовка для охоты на слонов! Я сунул кольт в кобуру на поясе, вышел со своей поклажей и свалил ее в микроавтобус. Я должен был работать!

Глава 6

Я поехал в госпиталь. Там, перекинув узлы через плечо, я вошел через секретный вход, ведущий в подвал. По внутренней связи я вызвал Прахда, и тот прибежал, немного встревоженный – ведь в Подвале по-прежнему никто не размещался.

Я свалил узлы на стол и сказал:

– Я принес первых двух преступников.