Альбин взглянул на часы и попросил официанта принести счет, сказав молодым людям:

— До Щецина тридцать километров, а ваш поезд уходит через час.

Когда они выходили из ресторана, Альбин и Сильвия, держа друг друга под руку, двигались впереди. Вдруг Альбин резко остановился, так что Мирек чуть не сбил его с ног. Но, взглянув через плечо Альбина, он понял причину, по которой тот так внезапно замер.

Их серая «шкода» стояла метрах в сорока от них. Перед ней боком была припаркована полицейская машина. Обе ее передние дверцы были распахнуты.

Один из полицейских стоял у капота их «шкоды» и внимательно рассматривал номерной знак. Другой расположился на водительском месте полицейской машины и говорил что-то, судя по тону, важное и срочное в микрофон.

Все они заметили друг друга в одно и то же время. На пару секунд обе стороны застыли, как каменные изваяния. Затем полицейские выхватили пистолеты, а тот, который стоял с микрофоном в руке, закричал:

— Стой! Не двигаться!

Четверо «родственников» помчались обратно в ресторан, расталкивая всех на своем пути. Альбин задел один из столов и перевернул его, что сопровождалось звоном разбитой посуды и визгами посетителей. Наконец они выскочили на деревянную платформу, откуда по ступеням можно было попасть на гравиевую дорожку, проложенную вдоль реки. По лестнице навстречу им как раз поднимались юноша и девушка. Мирек налетел на них, сбив обоих с ног. Он не обратил ни малейшего внимания на их испуганные крики. Из левой руки он не выпускал своей сумки, а правой рукой пытался что-то нащупать среди ее содержимого. Мирек перемахнул через распростертую на земле девушку и побежал по дорожке.

Тут он обернулся на крик. Аня была чуть позади него, Альбин и Сильвия значительно отстали. Один из полицейских, стоя уже на деревянном плоту, поднял пистолет. Крикнув еще раз, он выстрелил. Альбин закричал от боли и рухнул на землю, схватившись рукой за левое бедро.

В этот момент Мирек наконец нащупал корпус «Макарова». Он выхватил его из сумки одним движением, обернулся и резко присел.

Аня пробежала мимо него. Мирек представил себя в лагере, на стрельбище. Он нажал на курок и услышал слабый вскрик полицейского, которому пуля с мягким чавканьем вошла в грудь. У Мирека не было времени смотреть, как он будет падать на землю.

Сильвия в это время подбежала к упавшему Альбину с криками: «Йозеф, Йозеф!» Наверное, это было его настоящее имя. Мирек понял, что в такой момент она мужа не оставит. Он повернулся и побежал за Аней, которая была уже метрах в сорока от него, достигнув деревьев у поворота дорожки.

Слева от Ани, метрах в двадцати, на реке покачивалась лодка с двумя пожилыми мужчинами, которые ошарашенно смотрели на происходящее. Позади Мирека раздался еще один выстрел. На этот раз пуля прошла у него над самой головой. Но Мирек даже не обернулся.

Аня уже исчезла из поля его зрения за изгибом тропинки. Мирек бросился вправо, пробиваясь сквозь кусты к деревьям. Еще один выстрел. Опять слишком высоко. Тут он вспомнил слова инструктора-португальца:

— При стрельбе из пистолета при недостатке опыта пули обычно уходят выше цели.

Следующая пуля ударила в дерево неподалеку от Мирека. Еще одна просвистела справа. Полицейский, видимо, стал брать ниже, но теперь пули отклонялись вправо. Мирек догнал Аню. Их уже защищала небольшая рощица. Аня остановилась. Она озабоченно смотрела назад, и Мирек заметил облегчение на ее лице, когда она увидела его.

— А где остальные?

— Думаю, им досталось. Быстрее, вперед!

Он схватил ее за руку и потащил вслед за собой. Река извивалась вправо и влево, а тропинка точно повторяла ее путь.

Мирек не знал, бежит ли полицейский за ними, или же он направился к машине, чтобы сообщить о происшедшем по радио.