|
У меня тоже есть друзья, Иль, которые работают на Селере, и я тоже веду с ними переписку. Так вот они пишут мне, что с прибытием твоих дружков, которые прилетели на борту огромной космической конюшни и привезли с собой почти шесть тысяч лошадей, у них на станции чёрт знает что начало твориться. Они первым делом высадились на одном необитаемом острове, переловили на нём всех крупных хищников, и, выпустив лошадей на волю, немедленно отправились в Бениадорию под видом богатых дворян с другого континента, а это, надо сказать, в то время на Селере была ещё та дыра из-за того, что этой небольшой страной, расположенной на побережье, правил один жестокий ублюдок. Твои друзья, Иль, в течение всего лишь полугода создали из дворян тайное общество и в один прекрасный день совершили не то революцию, не то дворцовый переворот, но в итоге твой дружок Алекс Грин возглавил Бениадорию в качестве генерал-президента и ровно через два месяца бениадорийская кавалерия понесла знамя свободы и идеи Всадничества по всему континенту, который они избрали в качестве места проведения своего социально-исторического эксперимента. Ну, и все учёные, которые не спеша изучали этот мир, оказались в седле и им это очень понравилось. Генерал-президент Алекс Грин не стал создавать империи, он выступил с идеей стирания всех границ и так далее, подкрепив это всё нановакциной, новыми знаниями, экологически чистым двигателем внутреннего сгорания и даже неядерными энергетическими реакторами, так что не сегодня, так завтра там появятся первые флайеры. Винтовые самолёты там уже летают и радио также появилось. Ну, а если учесть тот факт, что золотую монету этот тип чеканит десятками тонн и скупает всё подряд, то бороться с ним просто бесполезно. Тем более, что на Селере уже находится более тридцати тысяч прогрессоров и это поражает меня более всего. Есть во всём этом какая-то чертовщина, которой я всё никак не могу понять, ведь Алекс Грин особенно не миндальничает со всякими жестокими ублюдками и поскольку сыворотка правды в них в ходу, отправляет всяческих садистов и убийц на эшафот по приговору суда без лишней волокиты. Вот это меня поражает более всего, а точнее то, что киарцы, которые по слухам тайно посетили Селеру, так до сих пор и не положили этому конец. Поражает и очень беспокоит.
Иль усмехнулся и успокоил его: — А ты не беспокойся, святой отец. Киарцы, между прочим, вовсе не являются сторонниками полной отмены смертной казни. Она и у них существует для тех из них, кто совершает особо тяжкие преступления, только они не отрубают своим преступникам Гловы, а применяют процедуру полного разрушения сознания, стирания памяти и возвращение преступника к дню его появления на свет. А ещё они уважают решения любого суда, лишь бы они были приняты по факту доказанного преступления и наказание было соразмерно содеянному преступником. Поэтому не жди от киарцев взбучки за то, что мы делаем тщательно продумывая каждый свой шаг, она просто не последует. Вот если бы мы станем внедрять свои идеи насильственно и устранять всех, кто им стал бы противиться, вот тогда киарцы нас мигом остановят. Отец Вастос, сверля Иля взглядом, спросил: — Ну, и откуда это всё тебе известно, умник? О киарцах говорят многое, но по больше части всё это лишь досужие домыслы и сплетни, а ты, похоже, имеешь о них достоверную информацию. Я знаю, что Всадники были однажды приглашены на Киар, но ты не мог его посетить, ты для этого слишком молод. Иль улыбнулся и опустив глаза со вздохом сказал: — Видишь ли, святой отец, я родился на Киаре и до семи лет жил там, а поскольку мне довелось родиться не где-то, а в Вечном городе, то я от рождения рехвели, то есть владыка, представитель правящего разряда. Об этом знают мои друзья Сол Вайсман и Кейн Сонг, а также ещё несколько Всадников, ну, а теперь об этом знаете и вы, и знаешь, Серж, всё же будет лучше, если и вы будете об этом помалкивать. Вам я сказал это только потому, ребята, что уже довольно скоро мы отправимся в пустыню на поиски шервари, правда, не знаю, станет ли тебе от этого спокойнее? Ну, даже если и не станет, то ничего страшного. |
