Аннабель села на пассажирское сиденье рядом с водителем и открыла свой рюкзак.

— Мои коллеги сегодня отправятся в церковь Святого Эдварда, чтобы задать вопросы священнику, с которым вы общались. Вот, возьмите. — Она протянула Бролену наушник и микрофон, соединенные с портативной рацией. — Я позаимствовала их в участке. Так мы сможем постоянно быть на связи.

Бролен одобрил ее мысль — детектив хорошо подготовилась, и он был вынужден признать, что не ожидал от нее подобного рвения. Просто находиться здесь, рядом с ним, в этой машине возле дома Лукаса Шапиро, уже могло стоить ей слишком дорого, однако она, кроме того, в одиночку воспользовалась важной информацией, не поделившись ею с членами своей команды.

Через несколько минут грузовик бежевого цвета появился на ведущей от дома подъездной дорожке. За рулем сидел Лукас Шапиро. Когда он выехал на улицу и поравнялся с автомобилем Бролена, тот нырнул вниз, оказавшись лицом на коленях у Аннабель.

— Сожалею, — извинился он, выпрямляясь, — не нужно было, чтобы он меня видел.

— Все нормально, не придавайте этому значения. И будьте осторожны.

— Остается еще Джанин, его сестра. Утром она должна пойти на работу, я навел справки, правда, не знаю, когда именно. Ладно, потерпим, такова жизнь копа…

Они ждали еще почти три часа, прежде чем Джанин наконец вышла. Маленькая, хрупкая женщина, стриженная «под мальчика» она, казалось, колышется внутри своего пальто. Спустившись на тротуар очень медленным шагом, она свернула за угол в направлении метро.

— Почему женщина делает подобные вещи? — спросила Аннабель. — Лукас по сути своей жестокий насильник, но сестра? Зачем ей это? У нее же не бывает таких импульсов, как у него?

— У убийц, действующих в тандеме, почти всегда есть доминант и ведомый. Полагаю, Лукас, с его телосложением и характером, всегда навязывает сестре то, что ему хочется. Конечно, он грубо обращался с ней, когда они росли, чтобы полностью подчинить ее себе. Возможно даже, он насиловал ее. Стоит только посмотреть на ее походку, и все становится ясно — она тщедушная и неуверенная в себе; брат играл с ней как хотел, постоянно повторяя ей, что она никчемная и что для нее счастье — иметь рядом такого брата. Сделал все, чтобы отравить жизнь сестры. Они живут вместе, хотя ей около тридцати. Даже сидя в тюрьме, Лукас влиял на нее. Хотя, в общем, все это, сами понимаете, гипотеза. Но именно так обычно складываются отношения между убийцами, «работающими» в парах.

— Если она убивает, то это абсолютное безумие!

— Ничего удивительного в этом нет. Хотите пример? Пол Бернардо и Карла Хомолка. В девяностые они поженились. Карла сама согласилась помочь мужу изнасиловать свою сестру. Она дала ей наркотик и сняла все на пленку; девочка умерла. Так они и действовали дальше, пока их не осудили и не казнили. Подобных историй множество. Сотни… — Аннабель задумалась, потом тихо и с горечью произнесла: — Мир больше не такой, как прежде; иногда мне кажется, что он стал худшим из миров.

— Мир тут ни при чем, виноваты люди.