— Довольно! — крикнул Шехан. — Киаран, вы впадаете в заблуждение, которое уже стоило жизни Фелиму.

Нет. В смерти Фелима виноваты мы все, он погиб из-за нашей трусости. Он правильно все понял. Мы должны быть с Алеей. Во что бы то ни стало.

Шум в зале нарастал. Все говорили, не слушая друг друга. Эрнан стукнул посохом об пол, требуя тишины.

— Если мы не в состоянии соблюдать порядок в этом зале, я немедленно закрою заседание! Мы пришли сюда, чтобы все обсудить, и каждый может высказать свое мнение. Вы же ведете себя как самые непослушные из наших учеников! — вспылил он.

Наконец Великие Друиды успокоились, и те, кто вскочил со своих мест, снова уселись. Хотя Эрнан и не обладал непререкаемым авторитетом Айлина, он все же умел заставить себя слушать.

— Я, так же как и Киаран, полагаю, — продолжил он, — что эта девушка — Самильданах.

Наконец-то! Может быть, и мне следовало это сказать? Надо, чтобы мы это обсудили.

Вновь поднялся ропот.

— Тихо! — крикнул Архидруид. — Я полагаю, что она Самильданах, и мы все должны это осознать, потому что если это так, то мы должны или подчинить ее себе, или уничтожить!

Подчинить ее себе? Нет, мы должны помочь ей, и Эрнан это прекрасно знает. Почему он так говорит? Может быть, он хочет постепенно подвести самых ярых противников своего плана к тому, что у них не остается иного выхода, кроме как пойти по пути, указанному Мойрой?

— Мы не можем признать ее Самильданахом, не подвергнув испытанию манитом Габхи, — возразил Шехан.

Опять… А если Алеа вернется и пройдет испытание, что нам тогда делать?

— Самильданах не может быть девушкой, — возразил Калан, — и к тому же такой юной!

— У нее кольцо Илвайна, — ответил ему Эрнан. — Она нашла его тело в ландах, и в тот же день туатанны вышли из Сида. Она сирота. Маольмордха послал за ней герилимов. Отсюда, из Сай-Мины, она бежала, и никто из нас и думать не смеет о том, как ей это удалось. С того дня, как она явилась, все в Гаэлии изменилось. Какие еще вам нужны доказательства?

В Зале Совета послышались отдельные негромкие голоса.

— Я видел ее в мире Джар, — тихо проговорил Киаран.

Все тотчас смолкли.

— Как вы сказали?

— Я видел ее в мире Джар много раз!

— В мире Джар? — усмехнулся Шехан. — И как же вы туда попали, уважаемый брат? Ведь никому не известно, где находится манит Джара.

— Мне не нужен манит, чтобы попасть в мир пустоты, Шехан, и ей тоже. Как и многим другим. Тем, кто умеет это делать, и тем, кто туда попадает, сам не зная как… Таким, как наш брат Фингин, например. Не говоря уже о душах умерших. Джар гораздо больше, чем вы можете себе представить…

Наш брат Фингин? Я? В мире Джар? О чем это он? Я никогда не был в мире Джар! Да он совсем с ума сошел! Наверное, ему здесь не место. Он совершенно не похож на других. Иногда он говорит очень правильные вещи, а иногда просто несет невесть что. И никогда не поймешь, к тебе ли он обращается. Он как будто никого не слышит. Он и мудрец и сумасшедший одновременно. Но, наверное, здесь ему очень плохо. Нет, все же ему не место среди нас. Ему надо быть свободным, вдали от всех, в полном одиночестве. А может быть, он и есть самая значительная личность в Совете? Чуть-чуть безумия, чуть-чуть мудрости… Никак не могу понять, о чем это он говорит. Я никогда не был в мире Джар. И даже не знаю, как туда попасть!

Все молчали, потрясенные. Даже Эрнан не мог произнести ни слова. Все смотрели на Киарана.