Изменить размер шрифта - +

Проводив экипаж взглядом, я заинтересовался методом проверки личности курсирующих через ворота людей. В этих краях таможня еще не научилась работать эффективно. В том смысле, что они ограничивались взиманием платы с приезжих купцов, не обыскивая оборванных селян в поисках припрятанной монетки. Разве что какую селяночку слегка прощупают на предмет проноса секретных донесений противника...

Делаю серьезное лицо, запахиваю предварительно надетый наизнанку плащ, чтобы не видны были гарды мечей и нездешней работы кольчуга.

Как мне удалось вчера сохранить свой меч – ума не приложу.

Стражник, преградивший путь огромному, тяжело груженному фургону, сделал знак своему напарнику проверить содержимое окованного медными полосами сундука, служащего по совместительству и скамьей для погонщика. Пухлый торговец с явным отпечатком национальной принадлежности на подобострастном лице поспешил сунуть стражнику подношение. Назвать взяткой такую мелочь не поворачивается язык, у нас за это клизму не поставят, а тут...

Короче, заставу я миновал благополучно, без досмотра и вопросов. Прошел себе, удостоившись мимолетного взгляда.

Приободрившись, я прибавил шагу и едва не попался.

Мне навстречу, горделиво восседая на черном коне, с черным вороном на плече и черным псом, пасти которого позавидовала бы и собака Баскервилей, из‑за поворота выехал Чудо‑Юдо.

«Попался», – мелькнуло в голове.

Пока что он меня не заметил, но стоит резко развернуться или приблизиться на достаточно короткое расстояние – все. Пиши пропало.

И тут меня осенила спасительная мысль.

В стене узкого тоннеля, из противоположных концов которого навстречу друг другу мы движемся, зияет вход в логово Змея Горыныча. Я должен добраться до него раньше Чуда‑Юда, и тогда мне удастся укрыться там до темноты.

Немного ускоряю шаг, но так, чтобы это не бросалось в глаза.

Разделяющее нас с Чудом расстояние сокращается метров до десяти, когда я наконец достигаю входа в пещеру и захожу в нее, чувствуя затылком заинтересованный взгляд.

Затем появляется заинтересованный взгляд и спереди.

– Это я, – на всякий случай говорю я. И добавляю, пока меня не съели: – Пришел выполнить обещание.

– Правда?

Цепь звенит, меня обдает жарким дыханием, которому мятная свежесть не помешала бы.

– Я же обещал.

Несколько шагов в глубь пещеры, прочь из поля зрения Чуда‑Юда.

Змей Горыныч вплотную приблизил ко мне свои головы:

– Освобождай.

– Хорошо. А где замок?

– Нет замка.

– Как?

– Сам посмотри. – Горыныч поднимает головы, чтобы я смог рассмотреть стальной обруч, охватывающий среднюю шею.

На ощупь проверяю обруч – ничего, нет замка, лишь толстое кольцо, к которому прикована цепь, ведущая в глубину змеиного логова.

– А там?

– Посмотри сам, – предлагает Горыныч заметно погрустневшим голосом.

Я иду вдоль цепи, перебирая пальцами огромные железные звенья.

– Посвети, – шучу я.

Змей Горыныч шутки не понял. Дыхнул. Язык пламени ударил в стену, осветив вплавленную в монолит скалы цепь.

Огонь погас, зато появился дым – от жара задымился мусор, наваленный на полу пещеры.

– Ну как? – поинтересовался Змей.

– Нужно подумать, – ответил я.

Кто‑то постарался, заковывая говорящего трехглавого дракона. Нет чтобы, как в хорошей сказке, повесить пудовый замок, а ключик сунуть под половичок. Ломай теперь из‑за них голову!

Перебравшись к ручью, я сел на камень и задумался. Вот только некстати в голову лезут всякие посторонние мысли, да еще и Горыныч сопит как паровоз, томясь ожиданием. Тоже мне – вскормленный в неволе орел молодой.

Но как же я все‑таки оказался в борделе? Не святой же дух меня туда перенес?

– Трое‑из‑Тени, вы где?

– Здесь.

Быстрый переход