Но как же я все‑таки оказался в борделе? Не святой же дух меня туда перенес?

– Трое‑из‑Тени, вы где?

– Здесь.

– Рассказывайте.

– Вот так всегда, – проворчал Гнусик, – как что‑то нужно, сразу зовет, а как тебе пожалуйста сказать... неблагодарный.

– Ну стресс у него, нервенный, – встал на мою защиту Пусик. – Может, головушкой приложился, пока летел.

– Это вы меня в бордель затянули? – Я завертел головой, пытаясь рассмотреть свою тень, в которой они обитают.

– Вот, я же говорил, – укоризненно сказал Гнусик. – И здесь ворчит. Спасли, а еще и не угодили...

– Да как же не угодили? – воскликнул я. – Вы чудо совершили! Вы же мои ангелы‑хранители. Что бы я без вас делал? Пусик, Гнусик, спасибо вам огромное!

– Да чего там, – засмущался Пусик.

Гнусик шмыгнул носом и добавил:

– Всегда рады помочь, так сказать, оказать посильную... в меру возможностей.

– Как же вы вытащили меня?

– Сбросил тебя вражина костлявый со стены, а ты возьми да и отключись. Мы и принялись действовать самостоятельно. Попридержали тело, чтобы о камни не разбилось да на колья не попало.

– Молодцы.

– Затем, отдышавшись (уж больно ты тяжел), сунули меч в ножны и перенесли через ров. Вот где попотеть‑то пришлось, насилу управились. Если бы не младшенькая...

– А...

– Это Пусик придумал, – признался Гнусик. – Смотрим – солдаты разврат с девками гулящими чинят. Поупивались, покатом лежат – ну чем не укрытие. Подождали, пока самые выдержанные окосеют да угомонятся, и занесли тебя через окошко, нечего на проезжей части александрийским столбом валяться.

– А...

– Хотели мы поперву для достоверности раздеть тебя да под девку какую засунуть... Да замаялись сверх меры, решили, что и так сойдет.

– Это вы хорошо решили, – похвалил я их, пытаясь сообразить, открыли уже в этом мире Америку или нет. Может, Трое‑из‑Тени чего‑то недоговаривают... или не уследили – девки они ведь такие... Тогда не лишним будет в нашем мире провериться. Здесь‑то еще пенициллина точно не изобрели.

– А младшенькая это кто? – подозрительно поинтересовался я.

– Ну... – замялся Пусик.

Гнусик принялся насвистывать что‑то из местного фольклора.

Понимая, что жители моей тени пытаются уклониться ответа, я все же решил попытаться выведать их секрет:

– Вас в моей тени трое, ведь правда? Зовут‑то вас Tрoe‑из‑Тени, а не двое... Так кто этот третий, вернее третья?

– Сестрица наша, – вздохнув тяжело, признался Пусик. – Младшенькая.

– А... – начал было я.

– А это не твое дело! – отрезал Гнусик.

– Извините.

– Убогонькая она...

– Я... в общем, спасибо вам всем.

– Ну а теперь что? – спросил Гнусик.

– Освободим Змея Горыныча и пойдем смерть Кощееву искать.

– Да где ж ее искать‑то будешь?

– Найдем, чай не иголка в сене.

Задумались.

Я придумал первый, но не стал кричать: «Эврика!», а просто подошел к рептилии и изложил свой план.

Вооружившись камнем, я дал отмашку Змею.

Горыныч собрался с духом и дыхнул огнем, направляя струю на одно из звеньев цепи.

– Чуть‑чуть ближе, – скорректировал я процесс, добиваясь наибольшего нагрева необходимого участка металла.

Первая голова уступила место второй, та, истратив весь запас огня, – третьей.

Но металл почему‑то и не думал краснеть.

Горыныч закашлялся, с жадностью хватая горячий, наполненный гарью воздух.