Кажется, эти солдаты отыскали всех, кто был здесь. А в дальнейшей судьбе несчастных я не сомневался — перед глазами стояли трупы в камере, теневые твари и костёр из тел…

Не знаю, сколько я пролежал в этом саркофаге — полчаса, час, или больше — но всё тело у меня затекло, стоящие рядом солдаты и не думали никуда уходить! А когда, наконец, их голоса начали удаляться, и я уже подумывал выбраться — хотя бы для того, чтобы осмотреться — снова услышал приближающиеся шаги!

Кто-то вошёл в часовню, прошёл мимо моего «убежища», и остановился. Судя по звуку шагов, людей было двое.

— Странно, что здесь до сих пор осталась статуя Тенехода, тебе не кажется?

Мужской голос, задавший вопрос, был глубокий и приятный.

— Удивляетесь, почему её до сих пор не перевезли в какое-нибудь поместье Элиона? — ответил ему второй, скрипучий, словно звук ржавых петель.

От него у меня по спине пробежали мурашки…

— Удивляюсь, почему её не уничтожили. Как проходит… Зачистка?

— Живых здесь не осталось. Тридцать два орка, двадцать три человека — всего пятьдесят пять пиратов.

— Сколько же твари развелось поблизости от Артанума… У самого города!

— Старый порт уже давно охраняют не так, как раньше. А форт заброшен лет десять, если не больше, — ответил «скрипучий», — Удобное место, если нужно выждать несколько дней, не привлекая внимания. Полагаю, завтра ночью они планировали на шлюпках погрузиться на один из уходящих кораблей.

— Мы уже знаем, на какой именно?

— Разумеется.

— Разберёшься с его командой.

Это был не вопрос — приказ.

— Само собой.

— Прочие… Жертвы? Свидетели мне не нужны.

— Девять пленников, и пятеро бродяг, которые пленниками не являлись — видимо, жили здесь, когда появились пираты, и те их не выпустили.

— Это всё?

— Да.

— Превосходно. Значит, никто из тех, на кого мог подействовать чернокнижник, не ушёл живым. А он сам…

— Найден. В псарнях. Мёртвый.

— Интересно, — в первом голосе послышалась настороженность, — Каким образом зеленокожие придурки смогли убить самого опасного преступника города последних лет?

— Это сделал рабский ошейник. Вытянул из него жизнь. И случилось это совсем недавно.

— Рабский ошейник⁈

— Судя по всему, наша информация подтвердилась. Вайрон был сильно ранен. Понял, что в Артануме ему не выжить и посулил 'морячкам" деньги за побег. А те решили усидеть сразу на двух стульях — и плату за путешествие забрать — её мы, кстати, нашли — и продать его как раба. Но перестарались — я проверил ошейник, он не был настроен.

— Глупцы, — фыркнул первый, — Только таким идиотам могло так повезти. А что насчёт «Слезы Амир»?

— Её здесь нет. Ритуал показал чётко — никогда и не было.

— Проклятье! — процедил первый, и теперь в его голосе зазвенела сталь, — Придётся поработать с нашим информатором. Он дорого заплатит за ложные сведения…

— Согласен. Хотя… знаете, крысы тоже могут быть полезны. Если правильно их использовать…

— Возможно, возможно… Зубоскал?

— Да?

— Перед уходом уничтожьте эту статую. Не хочу, чтобы кто-то вернул её в город.

Последние слова я услышал, когда они уже удалялись.

Подождав минут пятнадцать минут, я снова попытался выглянуть — и, не обнаружив вокруг никого, задумался.