— Не понял.

— Чего непонятного? Не знаем мы нихрена об Ураниосе. Появился он тут примерно полвека назад. Просто… Очутился в небе, как говорят. И с тех пор курсирует вдоль побережья, да обратно, облетая Артанум как-бы по кругу. Но никто оттуда не спускается, никаких дел с нами не ведёт.

— Как-то это… Странно. Неизвестное и…

— … Опасное соседство, ага, — кивнул Рив, — Так и есть. Да только за несколько десятилетий все привыкли. Никакой угрозы от Ураниоса нет, висит себе и висит в небе. Разве что иногда оттуда обломки какие падают, с разными интересными штуками… Но я давненько не слышал, чтобы они кого-то прибили.

— И всё же… Неужели никто не пробовал туда попасть⁈

— Пробовали, конечно, — серьёзно сказал Рив, — «Чешуйчатые», которые летать умеют. Да только не вернулся никто.

— «Чешуйчатые»?

— М-да… Тяжело с тобой придётся… — Вздохнул Рив, — «Чешуйчатыми» называют тех, кто камнями Силы владеет. Что, и об этом не помнишь?

— Нет.

— @#$%, тебе от самого Исхода придётся всё разжёвывать?

Я снова ничего не понял.

— Погоди-погоди… Камни Силы? Исход? Ты о чём сейчас?

Рив только поморщился, и махнул рукой.

— Как же сложно с тобой… Нам так никакого времени не хватит! И так отклонились от темы!

Он снова как-то по хитрому свистнул, и свернул с широкого проспекта на восток.

Через пару минут я почуял запах дыма — и увидел, что улица, на которой мы оказались, была усеяна всякими мастерскими. Отовсюду слышался гул, звон, скрежет, крики, из десятков труб валил чёрный дым. Раздетые по пояс мужчины таскали какие-то ящики, мешки, разгружали телеги, махали молотами, что-то пилили и вытачивали…

— Это Квартал Бедных Ремесленников, — пояснил Рив, — Самая окраина Вороньего гнезда. И теперь слушай внимательно, Краб — сейчас пойдут не сказки, и не школьный урок — а знания, от которых будет зависеть, насколько длинной окажется твоя жизнь.

— Весь внимание.

— Просто так воровать у кого хочется — нельзя! — серьёзно начал Рив, — И где попало — тоже.

— Это ты уже говорил.

— Ты слушай, а не перебивай! Речь не о страже, понял? А о других симориях и единоличниках! И тех, кто стоит над всеми нами!

— А кто это?

— Вот это правильный вопрос. Короче, расклад такой — в каждом районе есть свой Барон. Самый авторитетный «теневой»…

— Кто?

— Гражданин вне закона, хе-хе! — усмехнулся Рив, — Барон — самый влиятельный «теневой», ясно? Ему подчиняются все симории и единоличники, все другие «теневые».

— Значит, всего Баронов пять?

— Точняк. И вместе они образуют Совет Баронов. Встречаются, когда надо перетереть важные дела, или по чрез-вы-чай-ным поводам.

— Ясно.

— Да не ясно пока тебе нихрена. Бароны все разные, врубаешься? В Элионе самый богатый и крутой, ему класть на то, что происходит в остальном городе, он в своём мире живёт. В Трущобах псих настоящий обитает, под стать местным. Барон Нового порта больше торгаш, богатый до звезды! В Старом порту, у нас, адекватный мужик, и не лезет особо против других, придерживается старых порядков. А вот Барон Вороньего гнезда держит самый большой район — и у него в подчинении больше всего «теневых». Говорят, он последнюю пару лет воду мутит… Хочет подмять под себя Старый порт, и не только… Смурной мужик.