|
Тот охнул, приложившись спиной к стене, и его крик сбился.
Вихрем пронесясь по лестнице, я развернулся, рванув к задней двери. Выскочив во двор, сразу же отошёл в сторону — и подставил подножку появившемуся следом «конкуренту». Он полетел на землю, я тут же оказался рядом, снова попытавшись вытащить у него из кармана кошель…
И едва успел отпрыгнуть в сторону, когда первый стражник ворвался во двор, размахивая своим коротким мечом! Лезвие со свистом рассекло воздух в опасной близости от моего лица — я даже почувствовал запах масла, которым недавно чистили клинок!
— Феррак! — вырвалось у меня, и я кубарем откатился к забору.
Здоровяк тоже вскочил на ноги и, не раздумывая, бросился к противоположной стороне двора. Он с грохотом опрокинул бочку с водой, когда во двор заскочил второй стражник и рванул за незадачливым воришкой.
Я бросился к ограде, поскользнувшись на размокшей земле. Сзади раздалась ругань и грохот — первый стражник тоже поскользнулся и рухнул в грязь.
А здоровяк вообще решил не перелезать через забор — он просто проломил его! Дерево лопнуло с оглушительным треском, когда его протаранила грузная фигура — которая тут же исчезла в образовавшемся проёме.
«Просто прекрасно!" — подумал я, оказываясь рядом со стеной и цепляясь за шершавые доски — 'Надеюсь, теперь вся стража бросится в эту дыру, оставив меня в покое!»
Но нет — во двор заскочили ещё двое стражей, и самый рослый из них заметил мою попытку бегства.
— Стоять, именем герцога! — рявкнул он, и через мгновение чья-то тяжелая рука в кожаной перчатке вцепилась мне в голень!
Я изо всех сил пнул схватившего меня стражника каблуком другой ноги в лицо. Раздался хруст и проклятье — железный хват ослаб! Воспользовавшись моментом, я перевалился через забор и рухнул в зловонную канаву с другой стороны.
Слева послышался грохот — здоровяк, видимо, нёсся по узкому переулку, сметая всё на своем пути. Я выбрал противоположное направление, нырнув под низкий навес мясной лавки.
— Держи его! — раздался крик сзади. Я оглянулся и увидел, как четверо стражников разделились — двое бросились за здоровяком, двое других — за мной.
— Феррак! — выругался я, выбегая на улицу.
Народу здесь было полно — разгар рабочего дня, как-никак. В такой толпе спрятаться проще, чем в пустых узких проулках. Я бежал, не обращая внимания на свистки стражи, опрокидывал подвернувшиеся под руку лотки, создавая преследователям препятствия, перепрыгивал кучи мусора, и нёсся вперёд, как только мог!
То и дело на пути появлялись «сознательные» граждане, пытающиеся перехватить меня… Одному такому я заехал по яйцам, заставив рухнуть на мостовую, другому пнул под колено…
Ещё и эта тяжеленная сумка с книгами болтается на боку!
Дерьмо-дерьмо-дерьмо!
Главное правило бегства — его нельзя затягивать! Создаёшь кипишь на оживлённой улице — и юркаешь куда-то в тихое место. Главное — чтобы количество преследователь не разрослось… А если я продолжу удирать по прямой — так оно и получится!
Пока я придерживался намеченного пути отхода, и удачно, но…
Слева раздался грохот — из проулка, перекрытого палаткой горшечника, вывалился здоровяк. Походя он опрокинул и целую телегу с горшками, сбил двух человек с ног и исчез в возмущённой толпе на другой стороне улицы.
— Хороший момент! — прошипел я, когда передо мной рассыпалась керамика. Пробежав до следующего поворота, я резко свернуть влево, в тёмный проход между домами.
Запах плесени и мочи ударил в нос. Я бежал, пока вдруг не уперся в тупик — глухую кирпичную кладку. |