|
Но было ли так на самом деле?.. С новой реальностью, с ее событиями и людьми, его уже связали нерасторжимые узы; они крепли день ото дня, оттесняя прошлого Серова на задворки памяти и все яснее намекая, что он не притворяется корсарским капитаном, супругом Шейлы Брукс и мстителем Сирруллой, он и есть капитан и корсар, муж чудесной женщины и мститель за свое поруганное счастье. Острое сознание того, что иного нет и не будет, пронзило Серова. Может быть, подумалось ему, он преуспеет на государевой службе, станет генералом или адмиралом, получит титулы и поместья, и жизнь его прервется на поле брани или в глубокой старости, в кругу детей и внуков. Но как бы ни повернулась судьба, здесь его мир, его отчизна, и дом, который он построит в питерских болотах или подмосковных рощах, станет для него родным. Другого не будет никогда.
Он уснул, и во сне пришли к нему люди, пропавшие в безднах времени, - врач Евгений Штильмарк, журналист Максим Кадинов, Игорь Елисеев, несчастный всезнайка, Фрик, Ковальская и все остальные, кого он пытался найти, да так и не нашел. Обступив Серова, они глядели на него, и на их лицах блуждали смущенные улыбки. Это удивляло, и удивление длилось, пока издатель Добужинский не сказал: «Мы виноваты, Андрей, все перед тобою виноваты… Мы - причина того, что ты здесь очутился. Не было бы нас, ты бы жил-поживал по-прежнему в Москве, в своем законном веке, ловил мошенников, а о пиратах читал бы только в книжках… Ты уж нас прости, Андрюша!» «Однако он и тут неплохо устроился, - пробормотал экстрасенс Таншара. - Авантюрист! Тут ему самое место». - «Кто знает, где человеку место? - печально сказал Елисеев и, сделав паузу, добавил: - Мы должны ему помочь - не делом, так советом. Что ты хочешь знать, Андрей? Что-то о будущем и великих событиях, о королях и странах, бедствиях и войнах? Я все помню, дружище, помню, хоть уже умер…» Серову стало его жалко, так жалко, что разрывалась душа. «С будущим я справлюсь, Игорь, - сказал он. - Как-нибудь совладаю, ведь у меня твоя книга есть… нет, не твоя, а мессира Леонардо… Справлюсь! А хочу я знать другое, хочу узнать про вас - куда вы попали и что случилось с каждым. Можете мне рассказать?» И они заговорили, и были их повести непростыми. Кто очутился в Китае эпохи Мин, кто в половецком становище, кто вовсе на другом конце света, среди индейцев-пауни, а кому повезло, тот попал в родные языки и земли, в Черниговское княжество или в древний Новгород. Так проходили они друг за другом, рассказывая о себе, и последним был Женя Штильмарк из Твери, почти ровесник - исчез он, как помнилось Серову, в 27 лет. Ехал домой из больницы, с работы, шагнул из трамвая и пропал… И было тому двадцать свидетелей. «Ну, а ты где?» - спросил Серов. Штильмарк усмехнулся: «Где, где… Может, около тебя, Андрей. Не совсем около, но поблизости. Встретимся, узнаешь!» Сказал так и исчез, а вместе с ним растаяли прочие невольные хронавты. Владимир Понедельник, программист… Наталья Ртищева, врач, как и Штильмарк… Линда Ковальская, налоговый инспектор… четверо парней из Нижегородского политеха… Серов вздохнул и открыл глаза. В кормовые иллюминаторы вливались солнечный свет и свежий утренний воздух. За водами гавани пропел горн и грохнула пушка - там, над башнями форта Сент-Анджело, поднимали флаг. «Ворон» тоже просыпался - слышалось шарканье ног, потом раздался резкий голос Тегга, стоявшего ночную вахту. «Штильмарк, - подумал Серов, - Евгений Штильмарк… Что еще за загадки?» Он помотал головой, прогоняя сонные видения, и потянулся к одежде. * * * Несколько дней прошли в суете и хлопотах сборов. |
