Луиза молчала, но глаза ее заблестели слезами.

– У меня больше ничего нет, у меня ничего не осталось, – с нажимом сказала Серена. – Ты хоть представляешь, каково это?

– Их сделала Флора, – чуть слышно произнесла девушка.

– Что? – не поняла Серена.

– Фотографии, – уточнила Луиза. – У Флоры был цифровой фотоаппарат, она всегда носила его с собой.

К делу эта информация не относилась, но Серена приободрилась: возможно, ей удалось хоть немного сломить сопротивление.

– Пять минут, – повторила она.

– Хорошо, – снизошла Луиза. Взяла ее за руку и потащила в угол, который не просматривался с улицы.

Теперь, завладев ее вниманием, Серена перешла прямо к делу.

– В тот вечер ты не закончила, – напомнила она. – Ты сказала, что увидела открытую служебную дверь на первом этаже шале и почувствовала чье-то присутствие. Что было потом?

– Я поднялась к себе в комнату, чтобы снова лечь спать, – повторила Луиза.

– И ты не подумала кому-нибудь сообщить? Сказать Берте или Флоре?

Как-то нелогично.

Девушка прикусила губу.

– Я не была уверена. Боялась, что мне привиделось… Даже моя мама говорит, что у меня слишком бурное воображение. И потом, в темноте вечно мерещатся всякие ужасы.

Луиза приводила кучу надуманных доводов, пытаясь убедить Серену в их правдивости. Ее или себя саму. Серена спрашивала себя зачем, но сейчас ей хотелось во что бы то ни стало узнать остальное.

– И что случилось, когда ты легла в постель?

– Я не могла заснуть, – призналась Луиза. – Лежала, как парализованная. Но прислушивалась, не донесется ли снаружи, из коридора, какой-то шум… А потом увидела, что под дверью стелется дым.

Серена не перебивала – ей хотелось, чтобы воспитательница выложила все, что помнит.

– Я тут же разбудила Флору, спавшую на соседней кровати. Сначала она послала меня куда подальше, подумав, что мне это приснилось, но через секунду сработала пожарная сигнализация и на нас полило из оросителей на потолке. – Девушка поежилась. – Мы с Флорой вместе вышли в коридор. Включились аварийные лампы, но толку от них почти не было: впереди была завеса воды, а вокруг – дым, черный дым.

– Но не пламя?

Девушка покачала головой:

– Мы увидели его не сразу, поэтому не знали, куда идти, чтобы внезапно не угодить прямо в пекло.

– А потом? – поторопила ее Серена. Ей передался весь страх и смятение, которые девушки испытывали в те минуты.

– Мы услышали, как этажом ниже Берта созывает девочек. Флора начала делать то же самое, зовя тех, кто спал на третьем этаже.

Мансарда Авроры была в конце коридора. Согласно заключению экспертов, к тому времени дочь уже окончательно потеряла сознание и вскоре ей предстояло умереть во сне.

– Мы увидели, как девочки идут к нам сквозь воду и черный дым… С лестницы Берта крикнула, чтобы мы сказали им спускаться. Мы объяснили им, как идти, как на учениях в первый день: пригнувшись как можно ниже, потому что дым поднимается наверх. Велели им от дыма прикрыть носы и рты воротниками ночнушек. Потом стали по одной отправлять вниз.

– Авроры среди них не было, – констатировала Серена.

– Ничего было не разглядеть: мы не узнавали девочек и не могли их сосчитать. А они кашляли, не могли говорить.

Серена вспомнила, что Берта заметила, что одной не хватает, только когда сама выбралась из шале и пересчитала спасенных.