Тревейн кивнул, хотя подозревал, что все было отнюдь не так просто. Внезапно Мириам смутилась и небрежно махнула рукой.

– Что это я все о себе да о себе! Ведь у меня в гостиной сидит первая знаменитость во всех Пограничных Мирах! Уже то, что вам удалось прорваться к нам с вашей эскадрой, превратило вас в героя в глазах местного населения. А после сражения вас стали почитать еще больше, если это, конечно, возможно. Вам, наверное, ужасно скучно со мной…

– Вовсе нет! – поспешил ответить Тревейн. – Вы как раз начали рассказывать о том, что я хотел бы получше узнать. О том, как возникло ваше временное правительство!

– Ну да? – Несколько мгновений Мириам с сомнением смотрела на адмирала. – А что вы знаете об истории Ксанаду?

– Боюсь, что только факты из справочника.

– Значит, вам известно, что Ксанаду колонизовали во время Четвертой межзвездной войны, когда Военно-космический флот создал здесь свою базу. Однако вы, возможно, не понимаете, какую роль это сыграло для формирования состава нашего населения. Шестьдесят лет назад здесь велся огромный объем работ, для которых требовалась колоссальная рабочая сила. Люди прибывали сюда со всех краев Федерации, и сегодняшнее население представляет собой в расовом отношении крайне пеструю картину. Вот почему, – сказала она, внезапно улыбнувшись, – мне, наверное, здесь так хорошо!… Но на самом деле очень важно, что Ксанаду не заселена какой-либо одной сплоченной этнической группой.

Для самоуправления этим людям, говорившим на всех вообразимых наречиях, требовалась простая пирамидальная структура, на которую они могли бы опереться. Ксанаду разделена на префектуры, которые объединяются в округа, а самой крупной единицей административного деления является провинция. Каждая префектура выбирает представителя в окружное собрание. Каждое окружное собрание выбирает своего депутата в собрание провинции, которое в свою очередь отправляет одного своего члена в Совет планеты. Существует также выбираемый всем населением президент, который назначает судебные органы. Конечно, все не так просто, но основная структура именно такова.

«Что касается демократических систем, – подумал Тревейн, – это больше похоже на французскую, а не на американскую модель».

– На самом деле эта система работает довольно хорошо, – сказала Мириам, – На нашей планете воцарилось своего рода единообразное разнообразие. Ксанадики, наверное, превращаются в то, что антропологи называют «планетарным этносом».

Увидев удивленное выражение на лице Тревейна, Мириам объяснила:

– Я не шучу. Жителей Ксанаду действительно называют «ксанадиками». В этом нет ничего смешного, – быстро добавила она. – Мы сами себя так называем.

Тревейн обратил внимание на то, что она перестала говорить о жителях Ксанаду в третьем лице.

– Как бы то ни было, – продолжала она, – сторонников мятежа здесь нашлось крайне мало, и – отчасти в связи с тем, что они оказались совершенно в стороне от основных течений политической жизни на Ксанаду, – они были настроены очень воинственно. Сразу же после того как до нас дошли новости о мятежах, группа фанатиков бросила бомбу, убившую нашего президента и нескольких высокопоставленных членов правительства… не говоря уже о большом количестве ни в чем не повинных прохожих.