– Орионцы сказали только то, – обобщил адмирал, – что через месяц Земная Федерация отправляет своего представителя в Рефрак. Дальше они его не пропустят. Они позволят мне отправиться на встречу с ним тайно, в одиночку, на одном из своих невооруженных гражданских космических кораблей. Признаться, я удивлен, что они решились даже так незначительно отойти от политики нейтралитета, которой добровольно придерживаются.

– Я правильно понимаю, что вы намерены принять это, так сказать, приглашение?! – Барри де Парма, спикер Совета, был явно шокирован, когда Тревейн утвердительно кивнул. – Но ведь вы страшно рискуете! Не забывайте о том, что вы необходимы нам здесь!

– Орионцы, – вмешалась Мириам Ортега, – поддерживают Земную Федерацию. Они сохраняют нейтралитет только потому, что из-за их открытой поддержки сторонников законного правительства стали бы называть «ставленниками инопланетян» или как-нибудь в том же духе. – Она криво улыбнулась, зная, что население Пограничных Миров и даже некоторые из собравшихся в этом зале предъявляют к Внутренним Мирам те же претензии, что и мятежные Дальние Миры. Мириам скрыла раздражение, ограничившись только тем, что добавила:

– Орионцам сейчас совершенно невыгодно демонстрировать свое коварство.

– Совершенно верно, – согласился Тревейн. – Что же касается секретной информации которую я, как вы думаете, могу выдать орионцам, – мне она известна в крайне ограниченных количествах. Я предпочитаю, чтобы ею обладали специалисты в более узких областях. – Он переменил тему, пока такие осторожные люди, как де Парма, не нашли новых изъянов в его рассуждениях. – А теперь – о мерах безопасности. Разумеется, информация о моей поездке не должна стать достоянием широкой общественности.

Все присутствующие закивали. Они прекрасно представляли себе реакцию местного населения на слухи о том, что правительство вступает в сношения с «усатыми-полосатыми».

– Официально я полечу на учения вместе с флотом, а всеми моими фактическими перемещениями будут заниматься специально назначенные доверенные лица.

– А что если вас не будет слишком долго? – мрачно спросил де Парма. – Что если перед правительством встанут какие-нибудь важные вопросы?

– Сделайте так, чтобы их решение отложили, – жизнерадостно посоветовал Тревейн. – Я вас здесь и собрал, потому что вы можете управлять другими. Как однажды сказал мой земляк по имени Дизраэли, имевший кое-какой опыт в этой области: «Находчивые люди всегда оказываются в большинстве».

Мириам укоризненно посмотрела на него, скрывая улыбку:

– Вы просто терроризируете нас своими цитатами. Кое-кто даже подозревает, что вы их сами выдумываете. Тревейн улыбнулся ей в ответ:

– Хотел бы я обладать такой неистощимой фантазией!

Люк катера открылся, и Тревейн пробудился от воспоминаний. Высокомерный, но очень усердный Молодой Львенок Хана, у которого почти буквально шевелились от любопытства усы, провел его в помещение, которое на человеческом корабле назвали бы кают-компанией. При этом и речи не шло о каких-либо воинских почестях или церемониях. Кают-компанию усиленно охраняли, но когда Тревейн вошел внутрь, навстречу ему встали только двое. Он сразу же узнал Леорнака. Человек тоже выглядел смутно знакомым. Тревейну казалось, что он где-то его встречал, но ему никак было не вспомнить – где именно.

– Добро пожаловать на «Солькир», адмирал! – приветствовал его Леорнак.

– Благодарю вас, губернатор!

Тревейн наблюдал за тем, как подергивались мохнатые уши Леорнака, пока компьютер переводил английские слова на орионский язык.