Тревейн хотел было пригвоздить своего пожилого собеседника взглядом к полу, но ему было трудно сердиться на человека, бывшего почти вдвое старше его самого. Впрочем, он подозревал, что даже вся мощь его негодования произвела бы очень небольшое впечатление на Сандерса, который лишь ухмыльнулся и продолжал таким же легкомысленным тоном:

– А вот с вашим правительством Пограничных Миров вышла неувязочка. Дело в том, что конституцией не предусматривается…

– А разве конституцией предусматриваются мятежи, отрезающие часть Земной Федерации от Земли? – перебил Сандерса Тревейн. – Население Пограничных Миров осталось верным законному правительству, хотя все Дальние Миры по соседству с ними и взбунтовались! Позволю себе добавить, что оно осталось верным Земной Федерации, несмотря на систематическую эксплуатацию Индустриальными Мирами. Верность этих людей для нас бесценна. Мы многое потеряем, если не привлечем их к участию в собственной обороне.

– Спокойно, адмирал! – поднял руку Сандерс. – Все ваши решения ратифицированы. Ну конечно, некоторые политики опасаются, что вы организуете у себя самостоятельное княжество, но им приходится об этом помалкивать, потому что они не хотят потерять свои посты. – Он хихикнул, потом заметил удивленное выражение лица Тревейна и тут же понял, в чем дело. – Ну конечно! Откуда же вам знать! А ведь на самом деле вы стали живой легендой, адмирал. Самые первые сообщения о вашем прорыве из района звезды Остермана в орионское космическое пространство произвели на общественность огромное впечатление особенно потому, что никто не знал, спаслись вы или нет. Потом, когда до нас дошли новости о том, что вы не только спаслись, но и взяли под свою защиту Пограничные Миры, да еще и разбили эскадру мятежников… Ну вы сами понимаете, какая это была сенсация. Земная Федерация одержала слишком мало побед в этой войне, и у нее слишком мало героев. Ну и раз уж появился настоящий герой, Индустриальные Миры не пожалели денег на его рекламу.

Сандерс восторженно сверкал глазами. Чем больше смущался Тревейн, тем лучше было настроение у его собеседника. Наконец он решил аккуратно добить адмирала:

– Вам, конечно, будет приятно узнать, что вы стали героем снятого с колоссальным бюджетом голографического мини-сериала под названием «Прорыв в Зефрейн». Вас там играет Лэнс Мэнли. Пожалуй, он не так стар для этой роли, как утверждают некоторые злые языки.

Сандерс откинулся на подушки и с видимым удовольствием слушал, как Тревейн целую минуту выкрикивал проклятия на шести языках, ни разу при этом не повторившись. Он подождал, пока новоиспеченный адмирал флота замолчит, чтобы перевести дух, и не успел Тревейн открыть рот, чтобы изрыгнуть новый поток брани, как Сандерс, одарив его белозубой улыбкой, продолжил:

– Я привез компьютерные записи со всеми сериями этой постановки. Правительство считает, что ее просмотр в Пограничных Мирах значительно повысит боевой дух населения.

Теперь привычное самообладание Тревейна взяло верх.

– С вашего разрешения я возьму на личное хранение записи этой постановки, – сказал Тревейн и при этом подумал: «И при первой же возможности выброшу их из воздушного шлюза». – А сейчас довольно испытывать мое терпение! Рассказывайте, как дела на войне!

Сандерс сразу же посерьезнел:

– Не очень хорошо. Мятежники захватили все узловые точки, связывающие их с Внутренними Мирами, к сожалению не встретив при этом особого сопротивления. Вы не представляете себе, адмирал, как нас поразило, что вам с адмиралом Ортегой удалось полностью удержать в подчинении ваши экипажи. Правительство поставило Военно-космический флот в очень щекотливое положение, и, когда началась стрельба, он просто развалился у нас на глазах.