Конечно, было нечто странное в доме, который должен принадлежать ему; определенные вещи не складывались, например, кто именно был в том гараже, но если она не станет писать об этом в газете, то детали на самом деле ее не касались.

Мэлс подошла к кровати и села у изножья. Матиас отложил поднос и взглянул на нее, и та самая вспышка вновь пронзила ее.

Ее определенно тянуло к этому мужчине.

Особенно здесь, в этом номере, где они были одни. Вот только она совсем не искала такого рода сложностей.

– Мне лучше уйти, – сказала она, разглядывая его лицо.

– Так иди, – прошептал он, глядя ей прямо в глаза сквозь ее очки.

Никто из них не пошевелился, его высокое, худощавое тело было так же неподвижно, как и ее.

Господи… она хотела поцеловать его. Безумная мысль…

– Из-за тебя я… – Матиас сделал глубокий вдох.

– Что?

Наклонившись вперед, он протянул руку и провел ею по лицу Мэлс.

– Из-за тебя я хотел бы быть другим.

От его прикосновения замерло сердце, а затем оно забилось гораздо быстрее.

– Думаю, ты лучше, чем о себе думаешь.

– И это меня пугает.

– Мысль, что ты в порядке?

– Нет, то, что ты считаешь меня таким.

Мэлс быстро отвела взгляд и задумалась, какого черта она делает в этом номере отеля, с ним… чувствуя, что хочет скинуть одежду с них обоих, как и сдерживающие их оковы. Но, проклятье, они взрослые люди, и она чертовски устала жить вполсилы, устала желать того, что не имела, скупиться на мечты и получать взамен малое или вообще ничего.

Она хотела снова писать громкие статьи. Как раньше, до того, как все изменилось, и она вернулась в Колдвелл и пресекла… себя.

Нахмурившись, она задумалась, сколько уже чувствует это.

А затем…

Мэлс не была уверена, что побудило ее к действию… его голос? Его глаза, которых она не видела, но чей взгляд чувствовала? Его врожденная гордость, смешанная с этой несмолкаемой неуверенностью в себе?

Сидящая в ней пещерная женщина?

Каким бы ни был мотив, Мэлс сомкнула их губы в поцелуе. Кратком, целомудренном. Мощном.

Когда она отстранилась, он казался ошеломленным.

– Вновь не контролируешь ситуацию, да? – тихо сказала она.

– У тебя талант к… да.

Что ж, себя она тоже шокировала. Но Мэлс просто не могла придумать, зачем нужно бороться с притяжением к нему. Жизнь не бесконечна… и после последних двух лет она больше боялась упустить сам шанс, чем мига полета и крушения наземь.

– Не против, если закончу то, что ты начала? – сказал он с рыком.

– Черт… нет.

На этой ноте воспитанности рука Матиаса скользнула ей за шею и притянула Мэлс, забирая контроль. И за секунду до того, как он овладел ее ртом, Мэлс подумала, как это поразительно: несмотря на то, что они относительно незнакомы, его сущность была лучше времени и контекста: с этим загадочным человеком она чувствовала себя в безопасности вопреки всем его убеждениям в обратном.

И, черт побери, она хотела его.

Похоже, это чувство было взаимным.

Матиас чувственно поцеловал ее и отпустил; затем вновь прильнул к ее губам, словно этого было слишком мало. Проникнув в нее языком, он не отрывался от Мэлс, прижимая ее к своим губам, наклоняя свою голову, и ее. Жар накатил на места, которые уже так давно не затрагивал, Мэлс парила, была безумной и иступленной… и поняла, что именно в этом нуждалась. В этом моменте, прямо здесь, с ним.

Секс, в этом номере, на этой кровати. С ним.