* * *

Эйден выглянул из окна лаборатории и присвистнул. Сто тридцать этажей не шутка, даже если ты достаточно чокнутый андроид. Его поселили в уютных комнатах рядом с рабочими кабинетами, но передвижение было сильно ограничено. Пленник не мог запросто спуститься и выйти из института. Даже на парковку карфлайтов изнутри ему было не попасть. Да еще эта сеть… Надо было проверить, распространялось ли ее действие за окно. Эйден перекатился за подоконник и повис на руках. Из-за недостатка крови трепыхалось сердце и кружилась голова, это было плохо. Зато сеть не появилась, и это было хорошо. Плевать на сердце, пока работает мозг. Он подтянулся, чтобы забраться в комнату. Среди вещей и приборов, которые достал для него Шима, не только справочник по психологии был совершенно бесполезен для лечения. Из мотка силиценовой ленты и держателя от микробного фильтра можно было собрать приличную систему для спуска, а осциллограф андроид за пару часов переделал в электронную отмычку. По крайней мере, угнать транспорт или вскрыть кладовку теперь не составит труда. На самом же деле ему был нужен доступ в подвал. В подвал главного архива Браны. Уроборос не так сильно интересовал Эйдена, как информация о магнетарной цепи. В качестве бонуса он рассчитывал заполучить обратно свой алмаз.

У него был доступ к глобальной сети планеты, но правительство отчего-то не выкладывало туда чертежи секретных объектов. Зато трехмерные изображения здания с туристических карт были в полном распоряжении андроида. И этого оказалось достаточно, чтобы разглядеть на них технический колодец, который, очевидно, вел к подвалам архива.

«Секретные блоки надежно скрыты от врагов Альянса», – гласила программка для провинциальных студентов. – «Исключительно опасны для шпионов подсобные этажи. Их нижние уровни – сплошь темные лабиринты. Они затоплены мутными водами, смертельными для человека. На верхних же установлены ловушки для роботов. Брана может спать крепко!»

– Лабиринты и ловушки… Как же я жил-то без вас триста лет… – бормотал Эйден, цепляя силиценовую веревку за рогатую восьмерку и выкидывая свободный конец в окно. Ему предоставили совсем не большой выбор одежды, но он решил сменить плотный рабочий комбинезон на темные зауженные брюки и джемпер из тонкого материала. Кроме того, что теперь он стал похож на франтоватого разведчика, Эйден преследовал этим и практический смысл. Ведь раз уж придется плыть, то после – хорошо бы скорее обсохнуть. Кинув напоследок шарик корма мини-Джуру, андроид подошел к окну. Ему надо было спуститься всего на десяток метров, до авиапарковки соседнего этажа. Эйден обмотал веревкой одну руку и, нарушая все правила безопасности, вылез наружу. Пять или шесть толчков от стены, и он проскочил в открытую террасу для карфлайтов. Выбрать подходящий оказалось просто: все они выглядели совершенно одинаково. Гладкие трехметровые сигары. Эммерхейс подошел к ближайшему – серо-стальному – и в несколько секунд разблокировал отмычкой. Пожалуй, легкая часть плана на этом закончилась? Эйден забрался в карфлайт и огляделся в поисках управления. Изнутри летательный аппарат был таким же лаконичным, как и наружи. Ни штурвала, ни кнопок… ни чего бы то ни было. Но ведь жители Ибриона имели общих предков с коренными бранианцами, а значит системе надлежало быть интуитивно понятной.