София сняла резиновые перчатки, перекинула их через край пластикового ведерка с моющим средством, помыла и промокнула руки привычными движениями, вытерла ладошки о передник и спросила, принимая из его рук документ с поправками:

— Во сколько вы планируете прерваться сегодня на физиопроцедуры?

— В десять, — ответил он. — Когда распечатаете этот документ со всеми внесенными в него изменениями, загляните в Интернет и поищите для меня информацию по следующим вопросам… — он передал ей набросанный карандашом перечень.

София Гейбл пробежалась взглядом по обоим листочкам и подавила каждый возникший по ходу чтения вопрос, лишь кивнув боссу в знак согласия.

Грей удалился, а она отправилась в кабинет и заняла место за рабочим столом с намерением безукоризненно выполнить каждое его поручение…

Остаток времени до физиопроцедур Грей провел, разговаривая по телефону. В конце концов он ужасно разнервничался и буквально кричал в трубку непонятные слова:

— Проект «Сигнальная бухта» предполагался как уникальный и категорически отличный от всего, что моей корпорации приходилось делать прежде. Вы знали это! На стадии переговоров мы с вами обсудили нюансы, с которыми предстояло столкнуться. Вы поручились, что всесторонне исследуете проблему и предоставите ее решение в форме готового проекта. То, что я имею сейчас за вашей подписью, меня категорически не устраивает. Тот же самый продукт я мог получить и от собственного проектного бюро. Но я прибег к вашим услугам, поскольку вы заявляете себя экспертами в данной области.

Затем последовало напряженное молчание.

София взволнованно ждала, что будет дальше.

— Мое мнение: эта работа не выдерживает никакой критики. Я не первый день в строительстве и сумею отличить скрупулезный проект от халтуры. Я обязался заплатить за этот проект немалые деньги. Условием договора предусматривалась совершенно иная, куда более высокая, степень проработки деталей. Моя финансовая служба воздержится от перечисления на ваш счет оставшейся по договору суммы, пока проект не будет переработан в соответствии с моими требованиями… Нет, уважаемый, я не шучу! Мне, знаете ли, совершенно не до шуток. И мое слово окончательно. Это следует понимать. И никакие просьбы на меня не подействуют… Выполните свое дело так, как того требует контракт, тогда и поговорим, — завершил Грей Барлоу и бросил трубку.

Он подошел к столу, за которым трудилась София, и так же раздраженно, как только что разговаривал по телефону, обратился к ней:

— Где тот документ, в который я просил внести коррективы?

София протянула отпечатанный на принтере текст. Грей прочел его дважды, делая длительные перерывы на размышление, затем велел:

— Пошлите по этому факсу! — Он передал ей визитную карточку контрагента.

Затем последовала целая лавина телефонных звонков. С кем бы Грей ни разговаривал, он был подобен Зевсу-громовержцу. Но его это, похоже, нисколько не утомляло. София даже подумала, что он не желал разговаривать накануне со всеми этими абонентами именно по той простой причине, что был как-то уж слишком благорасположен. А теперь, достигнув нужной эмоциональной кондиции, спешил обзвонить всех, включая и троих мачех.

— У тебя весьма щедрое содержание, Линна, — сурово проговорил он. — И мы оговаривали, как ты должна им распоряжаться… Я понимаю, что у тебя возникли сложности. Это всегда неприятно, когда оканчиваются деньги на счете. Но кто же тебя заставлял бездумно их растрачивать на все это барахло? Нет-нет, даже и не пытайся меня заболтать. Передо мной лежит распечатка с банковского счета. Я не вижу в перечне купленного тобою ничего, на что стоило бы тратить такие суммы. И я устал твердить одно и то же.