Тор щелкнул переключатель у бедра и выпрямил спинку кресла.

– Окей. Все ясно. Удачного просмотра…

Лэсситер нажал на паузу и жестко схватил Тора за плечо.

– Сядь, мать твою, назад. Смотри и учись.

– Чему? Насколько сильно я ненавижу романтические комедии? Давай обговорим на словах, и я пойду уже.

– Тебе это понадобится.

– Для второй карьеры – в качестве тряпки?

– Потому что ты должен вспомнить, как быть романтичным.

Тор покачал головой.

– Неа. Нет. Этому не бывать…

Когда он запрыгнул на поезд под названием «только-через-мой-труп», Лэсситер просто качал головой.

– Ты должен вспомнить, что это возможно, приятель.

– Черта с два я…

– Тор, ты зашел в тупик. И если у тебя есть время маяться дурью, то Велси не обладает такой роскошью.

Тор захлопнулся. Сел на место. Начал отдирать этикетку с бутылки.

– Я не могу это сделать. Я не могу притворяться, что чувствую… это.

– Так же, как ты не можешь заниматься сексом с Ноу-Уан? Так как долго ты собираешься это продолжать?

– Пока ты не исчезнешь. Пока Велси не будет свободна, а ты не свалишь.

– И с чем останешься ты? Тебе понравился тот сон, от которого ты сегодня проснулся?

– Фильмы не помогут, – сказал Тор, спустя мгновение.

– Что еще ты планируешь делать? Дрочить, пока Но-Уан не вернется с работы… чтобы потом мастурбировать рядом с ней? О, погоди, дай угадаю… бесцельно бродить? Ведь раньше ты не делал этого. – Лэсситер буквально пихнул чашу в физиономию Тора. – Ты переломишься, посидев здесь со мной? Заткнись и ешь свою половину попкорна, придурок.

Тор взял то, что маячило у его лица, только потому, что в ином случае «Орвилл»  оказался бы на его коленях.

Час и тридцать шесть минут спустя ему пришлось прокашляться, когда Мэг Райан сказала Билли Кристалу посреди новогодней вечеринки, что ненавидит его.

– Соус на краю тарелки, – сказал Лэсситер, вставая. – Ответ ко всему.

Мгновение спустя, на экране появился Брюс Уиллис, и Тор воздал хвалу Господу.

– Так-то лучше. Но нужно еще пиво.

– Держи.

Ящик пива – и они посмотрели два эпизода «Лунного света», включая Рождественский, где съемочная группа пела вместе с актерским составом в последней сцене.

Отчего у него, разумеется, не возникло желание снова тактично прокашляться. 

Конечно же. Нет.

Потом они попытались осилить «Незабываемый роман». В конце концов, Лэсситер сжалился над ними обоими и нажал на перемотку.

– Цыпочки уверяют, что этот фильм – лучший, – пробормотал ангел, снова нажав на кнопку, и кто-то на экране начал играть. – Может, относительно этого они ошибаются.

– Аминь.

Окей, кино с принцессой оказалось не таким отстойным… время от времени было даже смешно. И да, это круто… когда пара, в конце концов, обретает свой хэппи-энд. К тому же, он оценил Коломбо в роли дедушки.

Но едва ли просмотр фильмов способен сделать из него Казанову.

Лэсситер посмотрел в его сторону.

– Мы еще не закончили.

– Главное снабжай меня пивом.

– Проси и все получишь.

Ангел протянул ему новую бутылку и скрылся в аппаратной, чтобы сменить ДВД, Когда он вернулся к месту их дислокации, на экране появился…

Тор резко подскочил в кресле.

– Что за нахрен?!

Когда здоровенное тело Лэсситера встало на пути проектора, огромные, дергающиеся груди отпечатались на его лице и торсе.