«Понимаешь, я уже там, когда мы не вместе. После твоего ранения я думал… мне казалось, что если мне удастся просто оградить тебя от сражений, то не придется испытывать то, через что проходит он – что со мной это дерьмо не произойдет, потому что тебя не зарежут… или того хуже. Но ведь центр Колдвелла – не самое безопасное место на планете, и у Трэза ты точно не с детьми работать будешь. Более того, я во всем с тобой… будь то старость, группы по снижению веса или вражеская пуля… если с тобой что-то случится, мне конец».

Хекс прищурилась. Она могла прочитать нити его эмоций, но не каждую клетку мозга, и прежде чем снова открыться ему и обнадежить себя, для нее было чрезвычайно важно убедиться, что Джон тщательно все обдумал.

– Что будет после? Скажем, я найду ружье, принесу его сюда, и окажется, что стреляли именно из этого оружия… что, если я захочу разобраться с ними? Роф не мой король, но мне нравится этот парень, и мысль о том, что кто-то пытался прикончить его, меня бесит.

Джон не отвел взгляд, заставляя ее поверить, что он действительно рассматривал такое развитие событий. «Пока мы не сражаемся бок о бок, я буду в норме. Если мне придется прибыть в качестве подкрепления, тут ничего не поделаешь, и мы разберемся… яразберусь», – поправил он.– «Я просто не хочу, чтобы мы сражались в одном месте, если можем этого избежать».

– Что, если я захочу продолжить работать у Трэза? На постоянной основе.

«Это твое дело».

– Что, если я захочу остаться в своей хижине?

«На самом деле, прямо сейчас я не имею права что-либо требовать».

Разумеется, именно это ей хотелось услышать: никаких ограничений для нее, свобода выбора, возможность быть равной.

И, Боже, Хекс хотела ему поверить. Быть вдали от него – поганейшая темнота, через которую она когда-либо проходила. Но дело в том, что она привыкла к хроническим страданиям. Хуже могло быть, только если придется переживать этот ад снова и снова. Хекс сомневалась, что сможет вынести…

«Хекс, я делаю это не для того, чтобы “загладить вину” перед тобой. Я хочу этого… проклятье, да, я действительно хочу. Но я жду, что с этого момента все будет происходить именно так. И как я уже говорил, слова не имеют значения. Так может, займешься работой, и мы посмотрим, что из этого выйдет. Позволь мне своими действиями подтвердить то, что я только что сказал тебе».

– Ты ведь понимаешь, что я не вынесу очередное твое безумие. Я не смогу… это слишком тяжело.

«Мне чертовски жаль». – Показывая эти слова, он также безмолвно произнес их, и от выражения стыда на его лице у нее защемило в груди.– «Так жаль… я не знал, как отреагирую, потому что никогда не думал о таком развитии событий, пока не вляпался в эту ситуацию по уши. Я с этим справился ужасно… и прошу тебя дать мне шанс исправиться. В угодное тебе время, и если ты позволишь».

Она мысленно перенеслась на миллион лет назад в ту аллею с Лэшем… когда Джон позволил ей осуществить свою месть, дал ей возможность убить личного врага. Вопреки инстинктам связанного мужчины, которые вне всякого сомнения будили непреодолимое желание порвать того злобного мудака на части.

Он прав, подумала она. Хорошие намерения не всегда приводят к запланированным результатам, но он мог доказать, какими могут быть их отношения спустя какое-то время.

– Ладно, – хрипло сказала Хекс. – Давай попробуем. Пойдешь со мной к Рофу?

Когда Джон единожды кивнул, она встала рядом с ним.

Они вместе пошли к кабинету короля.

Каждый их шаг казался неустойчивым, хотя особняк был тверд, как скала. С другой стороны, она чувствовала себя так, будто землетрясение, перетряхнувшее ее жизнь словно в блендере, внезапно остановилось, и ей не верилось в равновесие или твердость под ногами.