Кор стиснул зубы. С самого их появления в Новом Свете, он позволил Тро один такой телефон, но не более: воинское чутье, слух, инстинкты оттачивались тренировками и практикой, знание врага и себя самого – все это не получить с телефонным счетом, необходимостью в подзарядке или угрозой оказаться потерянным или украденным.

Проигнорировав комментарий, Кор отдал приказ:

– Вы продолжите путь и найдете врагов.

– Кого именно? – спросил Зайфер, искренне рассмеявшись. – Обширный список для выбора.

Воистину. Потому что Эссейл вел себя не как аристократ. Он поступал как мужчина, который, вероятно, пытался построить свою собственную империю. 

Вполне возможно, что этот представитель Глимеры был именно той породы вампиров, что и Кор. И значит, в какой-то момент его придется устранить… сопутствующий ущерб тут не при чем.  

В Колдвелле есть место лишь для одного короля.

Глава 22

Когда Тор материализовался перед особняком Братства, он был ужасно зол на весь мир. Невероятно опасен. Дик, словно гремучая змея.

Толкая дверь в вестибюль, он молился, чтобы Фритц открыл ее с пульта, а не лично спустился ко входу. Никто не должен видеть его таким…

Его молитвы были услышаны, и когда внутренняя дверь пропустила его, он вошел в абсолютно пустое фойе: весь первый этаж здания был безмолвен, доджены воспользовались возможностью убраться в спальнях наверху, перед тем как начать приготовления к Последней Трапезе.

Дерьмо. Вероятно, ему стоит написать Фьюри, узнать о местонахождении Лейлы…

Поддавшись внезапно охватившему его инстинкту, Тор повернул голову, взглядом сосредоточившись на столовой.

Странный внутренний голос велел ему двигаться, импульс провел его через арку, мимо длинного, блестящего стола… к откидной дверце, ведущей на кухню.

Ноу-Уан стояла у кухонного стола, чистила яйца в керамическую чашку.

Одна.

Она замерла посреди взмаха, капюшон ее мантии обратился в его сторону.

Сердце Тора по непонятной причине гулко забилось.

– Это было воображение?

– Что, прости?

– В фойе, перед уходом, я увидел тебя в своем воображении?

Ноу-Уан медленно опустила руку, не дав яйцу разбиться. На время.

– Нет.

– Сними свой капюшон еще раз.

Это была не просьба, а приказ… который Велси не стала бы терпеть. Ноу-Уан, с  другой стороны, безропотно подчинилась.

И вот она предстала перед его взглядом, копна светлых волос заплетена в толстую, словно канат косу, бледные щеки, светящиеся глаза и лицо…

– Я сказала Лэсситеру… – Она прокашлялась. – Лэсситер спросил, покормлю ли я тебя.

– И что ты ответила?

– Да.

Внезапно он представил ее в том бассейне, плывущую на спине, абсолютно обнаженную, а вездесущие языки воды ласкали ее горячую плоть.

Везде. Всюду

Тор выбросил ладонь вперед, опершись о кухонный шкаф. Было сложно сказать, от чего именно его зашатало: внезапной нужды оказаться у ее горла или невероятного отчаяния при мысли об этом.

– Я по-прежнему люблю свою шеллан, – услышал он свой голос.

И это главная проблема: вся решимость в мире, все дерьмо в духе «переверни-чистый-лист-и-отпусти-ее» ни капельки не изменило его чувств.

– Я знаю, – ответила Ноу-Уан. – И я рада.

– Мне следует обратиться к Избранной, – сказал он, шагнув в ее сторону.

– Я знаю. И я согласна с тобой. Их кровь чище.

Тор сделал еще один шаг вперед.

– Ты из хорошей кровной линии.

– Была, – жестко парировала она.