— Не беспокойся, — ответил Кроукер. — Я благодарен тебе за ту помощь, которую ты мне уже оказал.

Дарлинг протянул руку Кроукеру, и тот пожал ее.

— Еще один совет напоследок, — сказал Дарлинг. — Держись подальше от братьев Бонита. Они — сама смерть. К тому же они находятся под прикрытием Ганна. Лучше постарайся добраться до Хуана Гарсии Барбасены и, ради Бога, если останешься в живых, сматывайся отсюда.

Он размышлял об американских интересах в Латинской Америке. Наверняка тут был замешан крупный бизнес, как это бывало всякий раз, когда Америка совала свой нос в дела других государств. Экономика стран Латинской Америки бурно развивалась, и Соединенным Штатам вовсе не хотелось, чтобы к власти в этих странах пришли мятежники, или хуже того — просоциалистически настроенные политики. Войска в Кувейт были введены для защиты интересов нефтяного лобби. А какое лобби защищал Ганн? Автомобильное? А может, он защищал интересы экспортеров? Что ж, звучало вполне правдоподобно. Мексика была вторым после Канады экспортным рынком для США, поэтому никак нельзя было допустить снижения прибылей из-за волнений люмпенов. Однако это было весьма грязным делом, которое следовало держать подальше от глаз и ушей широкой общественности.

Мысли Кроукера переключились на Антонио и Хейтора. Как там сказал о них Росс Дарлинг? Они — сама смерть и находятся под защитой Ганна. Ну конечно! Судя по информации, содержащейся в секретных файлах АКСК, они занимались своим ужасным бизнесом по «добыче» человеческих органов с молчаливого согласия АКСК. Возможно, именно таким образом Ганн приобрел свою огромную власть? Возможно, именно он с помощью братьев Бонита поставлял престарелым сенаторам и конгрессменам новые человеческие органы, в которых нуждались их изношенные тела? Когда дело касается продления собственной жизни, люди проявляют чудеса изобретательности и хитрости. Так говорил Кроукеру Каменное Дерево. Он также говорил, что это происходит оттого, что они научились рационально обосновывать любые свои поступки. Даже самые закоренелые злодеи горячо верят в то, что действуют из лучших побуждений.

Впрочем, братья Бонита, очевидно, составляли исключение из этого правила. Кроукер достаточно долго общался с Антонио, чтобы понять, что между близнецами все же существовала разница, хотя в душах обоих горел страшный и неугасимый огонь, который было легко спутать с хета-и. Оба они понимали разницу между добром и злом и совершенно сознательно выбрали для себя именно зло!

Съехав со скоростного шоссе, Кроукер направился на север.

Больше всего сейчас его волновала судьба Рейчел. Ему казалось слишком уж подозрительным, что она заболела как раз накануне приезда Барбасены. Как только Гидеон сказала ему, что в тот вечер она принимала наркотики вместе с Рейчел, он стал подозревать, что приступ кем-то намеренно спровоцирован. Но как и кем? У Кроукера были подозрения на этот счет. Но пока не было доказательств.

Он въехал на стоянку больницы «Ройал Поинсиана». Теперь он ясно осознавал весь ужас своего положения. Даже если приступ Рейчел действительно был подстроен, это ничего не меняет. Рейчел умирала. Без почки, которую обещал Майер, она не протянет и недели. Кроукер все больше и больше увязал в тенетах, расставленных ему каким-то хитрым и коварным преступником. У него не оставалось выбора. Убей Хуана Гарсию Барбасену и Рейчел будет жить! Альтернативы не было. Тот факт, что Майер, а потом и Дарлинг рассказали ему о многочисленных причинах, по которым смерть Барбасены была для всех желанной, не приносил ему никакого облегчения. Одно дело убить человека, защищая собственную жизнь, и совсем другое — заранее спланированное, хладнокровное убийство. В свое время Кроукеру довелось повидать немало наемных убийц.