Проекция на стене исчезла, а справа от меня соткалась трёхмерная голограмма. И вот там было отчётливо видно, что красные сектора закрашиваются системно — от внешнего периметра к ядру комплекса.

Из устройства внутренней связи донёсся мужской голос:

— Вторжение. Всем сотрудникам оставаться на своих местах. Задействован протокол Б-12. Повторяю: не покидать своих лабораторий и кабинетов. Работает спецназ.

Передатчик щёлкнул и замолк.

Отец вновь попытался связаться с охраной по интеркому:

— Говорит профессор Громов. Прошу выслать бойцов для моей защиты. Код: красный. Сектора посыпались, что-то неправильное происходит.

Интерком потрещал пошипел и умолк.

Я бросил косой взгляд на голограмму. Количество красных зон стремительно росло, приближаясь к нам. В голове возникло сравнение с разрастающейся раковой опухолью.

Пальцы Громова забегали по клавиатуре.

Голограмма увеличилась в размерах, расширилась, и вскоре большую часть объёма занял этаж, на котором мы находились. Над изображением вспыхивали надписи: «НЕТ ДОСТУПА», «ВЫКЛЮЧЕНО ИЗ СИСТЕМЫ», «ДАННЫЕ УТОЧНЯЮТСЯ».

Отец вращал голограмму, пытаясь к чему-то пробиться.

С каждой секундой его лицо мрачнело.

— Нас отрезают, — свернув голограмму, отец поднялся. — Если не покинем кабинет сейчас… не успеем добраться до аварийной шахты пятого блока.

— И что тогда?

— Нас блокируют здесь, — пожал плечами отец. — Взломают дверь. Или взорвут.

— У такого специалиста как ты должна быть бронированная дверь.

— Очень смешно, — отец подошёл к стене, прикоснулся к сенсору, сдвинул участок стены и достал из открывшейся ниши пистолет. — В таких центрах, как этот, должно быть абсолютно безопасно.

В мире, где живут портальщики, энергеты и прочие уникумы о полной безопасности говорить смешно.

Посреди кабинета материализовался Чупа.

Громов моего фамильяра не видел.

— Что, хочешь руку? — полыхнул красными очами хомяк.

Жадное животное.

Хлебом не корми — дай пожить в человеческом мире, воспринимая его чужими органами чувств.

— Давай, — мысленно ответил я. — Не нравится мне всё это.

— Кто б сомневался, — буркнул демон.

Я направился за отцом к двери, пряча правую руку за спину. Фамильяр уже облепил моё предплечье второй «кожей», и смертельное оружие превратилось в моего симбионта.

А теперь — маскировка.

Полное слияние.

В коридоре мигали аварийные лампы. Окрестности кабинета погрузились в багровый полумрак. Скрытые динамики выдали очередное сообщение от службы безопасности и умолкли.

— Туда, — отец свернул налево и уверенно зашагал по коридору.

Нам попадались двери, ведущие в секретные лаборатории, но оттуда никто не выходил. Врагов мы тоже не заметили. Я прищурился — освещение и непрерывное мигание раздражали.

Коридор вывел нас в некое подобие тамбура. Сложно назвать иначе пространство с кучей дверей, расположившихся под углами. Тамбур имел шестиугольную форму в сечении.

Одна из дверей справа от меня разомкнулась.

Металлические лепестки втянулись в пазы практически бесшумно.

К нам вышла четвёрка охранников в уже знакомой чёрной форме. Все были вооружены короткоствольными автоматами, носили шлемы и бронежилеты.

— Профессор, — заговорил командир группы, — мы выведем вас из комплекса по безопасному маршруту. Следуйте за мной.

Голова командира повернулась в мою сторону.

— Он с нами, — отрезал Громов.