Я выстрелил в очередного боевика. Но остальных наше сопротивление не остановило. Они продолжали лезть вперёд, как муравьи. И тут я понял, что нам повезло оказаться в узком коридоре: иначе нас уже окружили бы, не оставив шансов на победу.

Наш второй уцелевший охранник отбросил автомат, подобрал меч, выпавший из руки одного из нападавших, и ринулся в атаку.

Впервые я видел настоящую рубку на клинках. Не тренировочную, а смертельную схватку. В ней не было изящества — только яростное стремление убить и не быть убитым.

Вдруг меня обогнал отец.

Его пальцы были охвачены пламенем. Оно сорвалось с них, превращаясь в клокочущий поток ревущего огня! Который устремился по коридору навстречу боевикам.

И тогда они, наконец, попятились.

Правда, ненадолго.

Вперёд выступил один из нападавших. Издав искажённый шлемом возглас, он махнул руками, словно посылая перед собой что-то невидимое.

Созданное профессором пламя метнулось назад, затрепетало и начало затухать.

Так, похоже, это и есть одарённый, который вынес дверь. Вероятно, это наш самый серьёзный противник.

Я выстрелил в него. Заряженная руной пуля должна была пробить доспех и поразить цель, однако воздух перед боевиком пошёл волнами, и мой заряд просто исчез!

Проклятье!

Нападавшие снова кинулись в атаку. Отец создал новое пламя. На пару секунд оно скрыло наших врагов из виду, а затем снова погасло.

Капитан увернулся от клинка, врезал противнику по рёбрам. Броня хрустнула, боевик зашатался и повалился на пол.

Я пальнул в одарённого энергета раз, другой, третий… Все пули растворились в воздухе.

Если бы псионик не опасался задеть отца, он уже снёс бы нас ко всем чертям!

Да, нам однозначно повезло оказаться именно в этом месте.

Второй охранник яростно рубился с боевиками и уложил двоих прежде, чем в него вонзили клинок. От отряда наших противников осталось меньше половины, но я помнил о том, что с другой стороны в любой момент могут появиться новые враги. Нужно было как можно быстрее выбираться из здания.

К капитану подскочил здоровенный боевик. Увернулся от его ударов, замахнулся клинком. Я выстрелил врагу в голову. Мужик дёрнулся, взмахнул руками, но, как ни удивительно, не упал. Правда, в следующую секунду капитан врезал ему в живот, заставив согнуться пополам, а затем припечатал смачным апперкотом. Здоровяка аж к потолку подкинуло.

И тут один из убитых боевиков вдруг сел! Помотал башкой, как будто его просто оглушили, и начал вставать.

Регенерат! И сколько тут ещё таких⁈

Словно отвечая на мой вопрос, зашевелился ещё один.

Капитан схватился со следующим боевиком. Как только тот упал, сокрушённый его ударами, одарённый взмахнул руками, и физика сбило с ног, протащило по полу, а затем подбросило к потолку — как будто под ним что-то взорвалось. Когда он рухнул, сияния вокруг предплечий уже не было.

— Влад, назад! — крикнул отец, выступая вперёд. Его пальцы снова трепетали огнём. — Беги, я их задержу!

Предложение было глупым. Бежать мне некуда.

«Чупа, клинок!»

Моя рука начала трансформироваться, превращаясь в длинный меч. Вокруг него вспыхнуло зловещее алое сияние.

— Огонь, отец! — крикнул я.

Коридор снова заполнился гудящим пламенем.

Я ринулся вслед за ним.

Две секунды — и техника профессора Громова была в очередной раз погашена энергетом. Однако пока он этим занимался, я успел преодолеть разделявшее нас расстояние.