Услышав знакомый гул своих сородичей, заулыбалась даже суровая знать фирвулагов – так, под дружное мычание «маленького народа», процессия наконец вступила на славное Золотое поле. Трибуны, отданные фирвулагам, были набиты битком, в то время как секторы, отведенные для людей и тану, были наполнены едва ли на треть.

– Какая прелесть! Все вокруг блестит!.. – восхищенно воскликнула соседка мастера-генетика. – Погода как по заказу – утро свежее, ветра нет. И облака!.. Как по заказу… Великая Тэ, что же это такое – я каждый барашек на тучах различаю! Великий мастер, что со мной? Я все вижу: каждый цветок в букетах на шляпах наших горожан, каждый камешек на доспехах благородных сеньоров. Добрый Греги, что со мной?.. Я вижу знамена над трибунами. Каждую кисточку…

– Стереоскопическое зрение, моя милая, – замечательная штука, – ответил крайне довольный Грег-Даннет. – Это тебе не скудное одноглазие. Ты теперь можешь видеть глубину пространства. Оценить расстояние… Одним словом, двигаться ловчее, смелее. Ты счастлива?

Девушка чуть зарумянилась и кивнула.

Монархи, разместившиеся каждый в своем отделении, встали, повернулись к востоку, к холмам за Нионелью.

– Передать не могу, как я счастлива, как благодарна тебе, Греги, – сказала спутница мастера-генетика. Она скосила взгляд, чтобы еще раз убедиться, что все вокруг обращают на нее внимание. На голове у нее был приколот флердоранж с частой серебристой вуалью. – А я действительно красивая?

Грег-Даннет, в былые годы известный дамский угодник, со смаком поцеловал кончики пальцев.

– Более чем. Ты – ослепительна.

Девушка все еще робела, старалась скрыть клокочущую в душе радость.

– О Греги, если бы только мой Тони мог видеть меня! Дождусь ли я его когда-нибудь!

– Через несколько дней, – успокоил ее мастер. – Король шепнул мне, что порученная ему работа близится к завершению. Думаю, вы встретитесь еще до окончания турнира… Теперь будь внимательна – Короли очистят небо от туч… Говорят, задумано оригинально, некий символ Великого Перемирия. – Он хихикнул. – В любом случае прошибает до слез.

Невысокая фигурка в золоченых доспехах и массивный коренастый великан в черной броне на миг замерли, потом каждый поднял и потряс своим оружием

– король Эйкен-Луганн копьем, Шарн – священным мечом. Фотонные ружья яркими лучами ударили в низкую полупрозрачную облачность. Разрывы, образовавшиеся в тучах, начали стремительно разрастаться. Небо очистилось, и первые лучи солнца осветили Золотое поле… Так было миллионы лет на древней земле Дуат, тысячу лет этот торжественный обряд повторялся на первобытной Земле. В полном согласии с традицией туман, затянувший даль, начал быстро таять. Общий хор фирвулагов, тану и людей затянул праздничный гимн:

Сквозь мрак, через столетья сверкает та земля, Возникшая в тот день, когда родился мир.

Здесь разноцветье трав, обилие цветов, Здесь птиц веселый хор поет среди дубрав.

Душа полна восторга. Вон радуги изгиб.

Здесь песня прозвучит среди могучих лип.

На поле Золотом, в стране, где всякий цвет, Вплетаясь в общий строй, творит весны букет.

Здоровы все в том мире, где сини небеса, Здесь с горем незнакомы, со смертью встречи нет.

Чего душе желать? Всего здесь через край.

Взгляни окрест, приятель, и тоже подпевай.

Несутся колесницы… Кто будет впереди?

Еще одно мгновенье, и сомкнуты ряды.

На поле Золотом, в стране цветов и трав.

Сражаются герои, извечен наш устав.

Свет от звезды приходит на Землю по утрам.

Она плывет над миром, и многоцветен день.