Loading...
Изменить размер шрифта - +

Наконец впереди показалась гранитная башня, пронзающая полог леса, чтобы устремиться к небу. Камень Тора. Утреннее солнце, возвещая о начале нового дня, поднялось уже достаточно высоко, осветив скалистые уступы.

Обрадовавшись при виде цели их ночной гонки, оба волка помчались с удвоенными силами. Из-за волнения и восторга они ощутили разлитый в воздухе смрад лишь в нескольких шагах от поляны.

Фардейл замер как вкопанный. Мисилл припала к земле рядом с ним. Ее уши насторожились, улавливая хоть какой-нибудь шум, но не услыхали ничего. Даже если бы люди спали, можно было бы уловить хоть какие-то признаки жизни. Неслышно ступая, она пошла вперед. Фардейл крался рядом. Что же это? Осторожно высунув морду из подлеска, желая рассмотреть лагерь, Мисилл застыла от увиденного зрелища.

Поваленные палатки, разорванные одеяла, мертвые люди и лошади в лужах запекшейся, остро пахнущей крови. Стаи отвратительных птиц, клюющих падаль, взлетели при ее приближении. Некоторые попытались пронзительными криками отогнать волчицу, но Мисилл не замечала их. Она целеустремленно двигалась вперед.

Тень от Камня Тора, вздымавшегося на востоке, все еще накрывала лагерь. В полумраке Мисилл и Фардейл пытались отыскать хоть кого-нибудь. Кто-то ведь мог выжить? Воительница наткнулась на секиру с короткой рукояткой, липкой от крови. Принюхалась. Мерзкая вонь д’варфов еще не выветрилась.

Мисилл приказала телу измениться. Для дальнейших поисков могли потребоваться руки, а не лапы. Нелегко оборачиваться дважды в день, но она заставила снежно-белый мех исчезнуть, а плоть — стать человеческой. Выпрямившись, си’лура приняла более привычный облик. Обнаженная, лишенная меха и одежды, воительница сразу почувствовала утренний холодок. Обхватив себя руками, чтобы хоть чуть-чуть согреться, она приказала Фардейлу:

— Ищи любые следы!

Волк взмахнул хвостом и убежал. Мисилл с беспокойством поглядела ему вслед. Способность Фардейла к передаче образов ухудшалась, мысленные разговоры велись все реже. Пройдет немного времени, и Фардейл окончательно станет зверем — он уже врастал в волчье тело.

Но по мере продвижения в глубь разрушенного лагеря эти мелкие опасения уступили место подлинному ужасу. Рядом с тушей пегой кобылы Мисилл нашла тело одной из воительниц-дро, которые охраняли лорда Тайруса.

Белокурые косы женщины покрывала смесь грязи и крови. Она лежала на боку, а рядом расползались ее внутренности, вывалившиеся из рваной раны на животе. Поодаль Мисилл обнаружила еще двух воительниц дро, сестер первой. Каждая умерла мучительной смертью.

Но она не смогла, как ни старалась, отыскать следы лорда Тайруса, Крала, Могвида и Ни’лан. Нахмурившись, Мисилл возвратилась к телу одной из дро.

Помолившись за их души, она раздела труп и натянула на себя кожаный доспех, пристроив парные ножны за спиной. Несмотря на усталость, ей удалось подстроить свое тело под одежду.

— Я отомщу за вас! — пообещала она, засовывая мечи в ножны.

Фардейл в это время рыскал чуть западнее. Коротким рыком он привлек внимание Мисилл. Она подбежала к волку.

Даже ее обоняние, более слабое, чем присущее зверю чутье, позволило ей уловить, что отвратительная вонь усилилась. Прямо перед Фардейлом она увидела на земле черную, выгоревшую плешь. Опустившись на колени, Мисилл потрогала пятно пальцем. Здесь грязь спеклась в гладкую корку.

С тяжелым сердцем она окинула взглядом разоренный лагерь. Где же остальные? Что здесь произошло? Пока они занимались поисками, солнце поднялось еще выше, выглянув из-за остроконечной скалы и озарив царящий беспорядок яркими лучами. Мисилл уже повернулась к лагерю спиной, когда вспышка света посреди опаленного круга привлекла ее внимание. Хмурясь, она неохотно ступила на черную землю, спекшуюся до твердости камня.

Добравшись до источника блеска, Мисилл опустилась на одно колено, наклонилась и увидела серебряную монету.

Быстрый переход