– Мы откроем ответную, если, конечно, на палубу не выведут Аню.

– А если выведут? – не унимался садовник.

– Будем импровизировать.

Вытащив из‑под пончо «моссберг», Том обратился к Карлу:

– Раз тут чередующиеся заряды, предлагаю стрелять дробью по палубе, а патронами по ватерлинии, как можно ближе к носу. Только не по надстройкам. На таком расстоянии стенки, по‑моему, выдержат почти любой разрывной выстрел, но патроны их прошьют, как бумагу, а там может оказаться Аня.

– Понял, запросто, – кивнул Карл. – Надстройки панорамные, не промахнешься.

Отец вопросительно взглянул на Джека.

– Не спрашивай, папа, – махнул тот рукой. – Ну, пошли.

– И по пути поглядывайте на аллигатора, – напомнил Том.

Карл затряс головой:

– Когда я тут сидел, то подслушал, как Люк с Семели говорили, будто Дьявол тяжело ранен. По всему судя, вряд ли станет за нами охотиться.

– Все равно поглядывай, – посоветовал Джек. – Если не он, еще есть двуглавая черепаха.

– Ох, да. – Садовник стиснул губы. – Дора.

– Двуглавая черепаха? – переспросил отец. – Это еще что...

– Потом, пап. Просто к воде близко не подходи.

– Разве вы оба забыли еще об одной опасности? О летучих зверюгах, которые съели Аниного пса и разнесли ее дом. Не хотелось бы мне с ними встретиться.

– Хороший заряд картечи им крылышки пообрывает, как думаешь? – сказал Джек.

Том нахмурился:

– Если попадешь. Я в записи видел, с какой скоростью они летают.

На такой ободряющей ноте Джек повернулся и пошел от каноэ. Пригибая голову под дождем и ветром, они брели среди дубов, пальм, кипарисов, держась от воды в добрых десяти футах, направляясь к кеноте. Уже издали, даже сквозь проливной дождь, были видны мерцавшие из глубины огни.

Подойдя к краю ямы, всего приблизительно в дюйме от берега, Том придвинулся к Джеку и тихо, едва слышно сквозь бурю, сказал:

– Ну не чертовщина ли? – Он заглянул в сиявшую глубь. – Ради всего святого, что там происходит?

– Не знаю, – ответил Джек. – Только особенно не подставляйся под свет.

Отец быстро отступил назад.

– Почему? Радиация?

Хуже, хотел сказать Джек, но такой ответ вызвал бы массу вопросов, на которые некогда было ответить. Поэтому он кивнул:

– Может быть.

Карл шагнул вперед, наклонился к только что упавшему стволу королевской пальмы.

– Похоже, подходящее место. Отлично видно «Плавучего Коня». Я тут останусь.

Джек кивнул и махнул отцу дальше к югу. Тот последовал за ним, поглядывая через плечо на заворожившие его огни в кеноте.

Прошли мимо маленьких лодок – «Плавучего Цыпленка», «Неплавучего» и прочих – вытащенных, перевернутых, привязанных на берегу. Джек присмотрел себе укрытие у старых индейских хижин, но двигался дальше, желая найти для отца безопасное место.

Оно нашлось за широким стволом кипариса, откуда хорошо открывался «Плавучий Бык».

Джек тихонечко стиснул плечо старика, придвинулся поближе:

– Не высовывай голову, пап. И если разверзнется ад, будь осторожен.

Отец похлопал его по руке:

– Забыл, что я тут солдат? Себя береги, обо мне не тревожься.

Джеку вдруг захотелось все бросить, вернуться в Новейшн. Его обуяло мрачное предчувствие, ощущение, что близится нечто ужасное – не нее отсюда вернутся. Но он уже не мог повернуть назад и знал, что ни отец, ни Карл тоже не повернут.