«Он там!.. — размашисто вывел помощник. — Винт даже не сумел подойти к будке. Его так тряхануло, что пацаны до сих пор ему нашытырь суют. Ударило — типа током…»

Даже в этой не самой веселой ситуации Аксан усмешливо скривил губы. Машинально подчеркнул слово «нашытырь», взглянув на помощника, пальцем изобразил нажатие на курок. Чуть ниже приписал одно-единственное слово: «Гранатомет».

И снова Горбун не стал ничего переспрашивать. Пожалуй, о подобном исходе он тоже догадывался. Все могло изменить появление в офисе Носорога, но последний по-прежнему не давал о себе ничего знать.

— Значит, вас устраивает роль маленького человечка?

— Меня устраивает моя свобода. Уж простите, но совершенно не хочется от кого-либо зависеть.

— Я так понимаю, это ваш окончательный ответ? — Аксан уловил боковым зрением появление Горбуна. Жестами тот показывал, что стрелки заняли исходные позиции.

— Считайте, что да. Собственно, для этого я и связался с вами. Хотел предупредить, чтобы вы не пытались оказывать давление. Ни на меня, ни на мое окружение. Это опасно, Аксан.

— Что, что?

— Если вы не уйметесь, я вас попросту раздавлю. И это тоже не угроза, — всего лишь констатация факта. Кстати, замечу клятвы Гиппократа я не давал, так что не обессудьте, когда будете умирать.

Аксану показалось, что на том конце провода послышался смешок.

— Вы настолько уверены в собственной неуязвимости?

— Я умею быть осторожным.

— Возможно, однако неуязвимых людей нет.

— Согласен, и тот посетитель, что навестил меня сегодня, наверное, тоже мог бы с вами согласиться.

— О ком вы говорите?

— Вы знаете это лучше меня. Жаль, что нас не успели предварительно представить друг другу. Честное слово, вам действительно удалось меня заинтриговать. Где вы откопали этого монстра?

Аксан почувствовал, как леденеют его руки.

— Что с ним?! — Голос отказал ему, опустившись до невнятного сипа.

— Ага! Значит, все-таки понимаете, о ком идет речь.

— Я спрашиваю — что с ним!

— Сожалею, но выжить ему вряд ли удастся. Не следовало нападать на меня с такой стремительностью. Порой рефлексы оказываются сильнее нас.

— Вы убили его?

— Скажем так: он сам себя убил.

— Вы пожалеете об этом!.. — шумно дыша, Аксан взглянул на Горбуна, махнул рукой. — Тем не менее, я готов дать вам шанс. Последний шанс! Если вы передумаете и скажете…

— Я не передумаю и ничего не скажу.

— Тогда мне остается только попрощаться с вами. — Аксан скрипнул зубами. — Что-то подсказывает мне, что до сегодняшнего вечера вам не дотянуть…

В ухо авторитету шарахнуло взрывной волной. Телефонная мембрана оглушительно скрежетнула и смолкла. Взглянув на трубку, Аксан обессиленно опустил ее на стол.

— Вот и все, маэстро. С этого дня столице Урала придется распрощаться с Палачом.

— Они обстреляли будку. — Доложил Горбун. — Из гранатомета с автоматами.

— Что в итоге? — Аксан ощущал в груди холодную пустоту.

— Пока неизвестно. Им ведь нужно еще смыться оттуда. Но как только ребята покинут район, они немедленно выйдут на связь.

— Если выйдут…

— Что? — Горбун непонимающе уставился на хозяина.

— Я сказал: если выйдут. — Аксан раздраженно поднялся. Он и сам не знал, почему с языка сорвались именно эти слова, но сегодняшний разговор что-то окончательно надломил в нем, подорвал веру в собственные силы.