Настя хотела сказать, что это никакая не проблема — это ее собственный младший брат, единственный близкий человек на всем белом свете. Она за него ответственна, что совершенно естественно. Да, на нее иногда накатывает отчаяние. И ощущение, что она загнана в ловушку. А причиной тому, конечно же, хроническая нехватка денег. Нужно не только платить за содержание брата в клинике, но еще одевать его, покупать ему какие-то вещи, книги, делать маленькие подарки на праздники, в конце концов…

Вместо того чтобы высказать все это вслух, Настя только открыла и закрыла рот. Доктор Панкрашин для чего-то же затеял этот разговор. И для чего-то положил свою ладонь на ее руку. Он оказался теплокровным — Настины пальцы уже горели огнем.

— Антон Владимирович, — пискнула она, облизывая губы. — Я не очень хорошо поняла, о чем мы, собственно, говорим.

— Знаете, что такое симбиоз? — неожиданно спросил доктор и выпустил, наконец, ее руку. Настя облегченно вздохнула и вообще убрала ее со стола. — Это взаимовыгодное взаимодействие организмов.

Слово «взаимовыгодное» Настю насторожило. В голове ее мгновенно всплыли десятки информационных сообщений о взятках, подлогах, приспособленчестве, о хищениях лекарственных препаратов… В ее опасениях появился криминальный оттенок. Неужели доктор Панкрашин хочет как-то ее использовать? Недаром же он подчеркивал, что она одна и что ее некому защитить.

— Антон Владимирович, — дрогнувшим голосом обратилась к нему Настя. — Говорите, пожалуйста, все как есть. Я хочу ясности. Если вы будете ходить вокруг да около, ничего хорошего не получится. Вы только меня запутаете и расстроите. А так я вам сразу скажу: «да» или «нет».

Доктор Панкрашин посмотрел на Настю долгим взглядом. Чтобы не сидеть, словно загипнотизированный кролик, она положила в рот кружок лимона и принялась тщательно разжевывать. Кожура была горькой до отвращения.

— Ну, хорошо, раз так, — ее собеседник не желал менять тон и по-прежнему говорил вкрадчиво и мягко. — Наверное, вы не знаете… Но у меня жена и трое детей.

— Это ужасно, — сказала Настя, думая, о чем угодно, только не о его семейном положении.

— Да нет, ничего ужасного в этом я не вижу. Но с женой мы давно уже живем как соседи. Знаете, как это бывает? Однажды ты приходишь домой с работы и видишь, что прелестная фея, на которой ты когда-то женился, превратилась в бесформенное нечто, наделенное к тому же дурным характером. Но у вас так много общего — начиная с детей и заканчивая жилплощадью и прекрасными воспоминаниями… И ты понимаешь, что никогда ее не бросишь.

— Антон Владимирович…

— Настя, мне нужна отдушина! — с неожиданной страстью сказал доктор. — Такая, как вы: молодая, сильная, задорная. Я давно за вами наблюдаю, вы нравитесь мне больше, чем кто бы то ни было. Поэтому я предлагаю вам…

Он замялся, подыскивая слова, и Настя немедленно подсказала:

— Симбиоз.

— Вот именно! — подхватил он. — Я сниму с вас ваше тяжкое бремя. У вас больше не будет материальной повинности. Я сам, лично, стану наблюдать вашего брата и делать для него все, что только возможно.

Настя проглотила лимон, не разжевав его до конца. Зернышко царапнуло горло.

— А взамен? — спросила она, нервно хихикнув. — Вы же не потребуете мою душу?

— Так много мне не нужно. Свидания раз в неделю вполне хватит.

«Он хочет тело, а не душу, — подумала Настя. — Вот почему он спрашивал про мужа. Интересовался, не возникнет ли препятствий». На одну секунду Настя представила, что их договор вступил в силу, и сразу же поняла, какое это огромное искушение.