— Остановить? Что, мать твою, это значит?

— Ты понимаешь. И это был его выбор! — ответил за моей спиной Антон.

Они теперь с Романом поют на два голоса, но мне эта песня не в тему.

— Но я этого ни черта не выбирала! Рамзин, скотина! — заорала я, извиваясь. — Даже не вздумай умереть или позволить кому-то тебя убить! Только посмей теперь исчезнуть из нашей жизни! Я тебя разыщу в этой вашей гребанной вечности и стану твоим бесконечным кошмаром!

— Яна! — властно рыкнул Роман. — Опомнись! Мы столько говорили с тобой о том, как все может случиться…

— Да отвали от меня! — злобно огрызнулась я на Романа, и его покачнуло. Но в этот раз он был готов и поэтому остался на месте. — Мне плевать на все твои доводы! Я отказываюсь выбирать! Мне нужно все! И мой ребенок, и мой мужчина! Так и никак иначе!

— Они у тебя будут. Просто верь в Игоря и дай ему пространство для победы! — увещевал Антон.

— Своей истерикой ты его отвлекаешь, а не помогаешь! — влез Роман, но я не была в состоянии их слушать, когда каждая болезненная конвульсия Рамзина рвала меня на части созвучной мукой.

— Ублюдки! Сделайте хоть что-то!

— Уже делаем! — обычная маска невозмутимости Романа почти слетела, и он обернулся к разноцветной стайке красоток: — Дамы, настоятельно рекомендую ускориться!

Его приказ наконец привлек мое внимание к прибывшим с ним Дарующим. Но это не принесло лично мне никакого особого облегчения, потому что те просто неторопливо растянулись в цепь и замерли, вперившись взглядом в стоящих так же в отдалении подконтрольных паразитам Проводников. В окружающем пространстве, нарастая, гудела энергия, но на этом, собственно, все, больше ничего не происходило. Ни-че-го! Мой мужчина, отец моего ребенка в муках умирает на этом гребаном песке, а они тут все просто играют в проклятые гляделки!

— Отпусти, или, клянусь, я, на хрен, тебя уничтожу! — построенная при помощи Амалии сфера пошла трещинами, взбешённое гневное пламя начало просачиваться в мою кровь, и я уже не препятствовала ему. Просто не могла!

— А ну, прекратить истерику! — Роман встал прямо передо мною, закрывая вид на Игоря. — Все идёт, как надо, и скоро закончится!

Я оказалась опять зажатой, стиснутой двумя чужеродными энергиями, но, что поразительно, в этот раз это подействовало на гнев малыша если не успокаивающе, то хотя бы сдерживающе. Вокруг меня будто замкнулось какое-то кольцо, и оно совершенно точно утихомиривало гудящее пламя внутри. Словно кто-то прикручивал напор питающего огонь топлива. Чего обо мне не скажешь!

— Да пошли вы на хрен, бесчувственные заносчивые куски древнего драконьего дерьма! — бесновалась я, пытаясь хотя бы взглянуть на Игоря. — Какого… вы стоите тут, справляясь со мной, когда должны идти и сражаться! Долбаные трусы! Нашли мишень себе по силам!

— Яна! Все сражаются! Каждый на своем месте! — обрушил на меня Роман весь пресс своего прежнего убеждения. — Очнись и посмотри по сторонам! Я тебе сто раз говорил, что не все битвы выглядят так, как ты их себе привыкла представлять!

Но я не желала его слушать сейчас. Какого черта он несет вообще! Я ругалась и билась, заключенная в ловушку между двумя властными мужиками, борясь с ними, тогда как все мы должны сейчас броситься на помощь Игорю и передушить проклятых тварей голыми руками, уничтожить, сжечь и утопить пепел в море! Игнорируя мои вопли и оскорбления, Антон, удерживающий меня, развернул в сторону Дарующих, а Роман стал так, что я по-прежнему не могла видеть Рамзина.