В положении лежа Юрий выбил пистолет из рук нападавшего, и. тогда бандит решил не испытывать судьбу и двинулся к выходу.

Двери были открыты, пассажиры успели выскочить, и тишину салона нарушал только разговор водителя, тщетно убеждающего одного из автолюбителей передать, что у него в салоне террорист.

Филатов выбежал вслед за бандитом.

Посреди московской пробки убегавший не искал обходных путей и, промчав по капотам нескольких иномарок, оказался на многолюдном тротуаре. Филатов сделал то же самое, получив в спину поток самой отборной брани от владельцев иномарок. Но сейчас это было неважно. Он хотел догнать беглеца во что бы то ни стало. Незнакомец свернул в арку, а затем в подъезд, расталкивая прохожих.

Это был старый московский дом, который был построен, вероятно, еще в сталинские времена, с причудливыми двориками, заканчивающимися тупиками. Многие дома, как справедливо полагал Филатов, могли запросто скрыть нападавшего. Например, вбежав в подъезд, он мог спуститься по козырьку подъезда вниз или выйти с черного входа. Однако спрятаться здесь беглецу оказалось непросто – Филатов буквально дышал ему в затылок.

Они вбежали в какой-то бакалейный склад, обставленный ящиками с парфюмерией, тарой и всякой химией. Судя по всему, преступник знал это место хорошо, так как Филатов не только потерял его из виду, но и не мог сориентироваться и найти в полутемных лабиринтах стеллажей выход. Выбежав в большую, но пустую безлюдную комнату, он заметил вдалеке забрезживший дневной свет – это был выход на улицу. «Вот куда он убежал!» – подумал Филатов и решил, что преследование бесполезно и ему надо уходить дворами.

Когда до выхода оставалось несколько метров, Юрий споткнулся о протянутую веревку. Несколько сильных рук уложили его на землю, и он потерял сознание.

Филатов открыл глаза. И какое-то время рассматривал полутемную комнату, в которой находился неизвестно сколько времени. Это было то самое помещение, которое он запомнил, какой-то парфюмерный склад. Свет горел только в коридоре, а здесь он, казалось, лежал один, прислонившись спиной к стене. Ему даже казалось, что где-то рядом капает вода. И этот звук раздражал его. Он чувствовал стыд: как он мог так опростоволоситься! Его спасла физическая боль, прогоняя все прочие мысли. Ее сменила мысль, что после удара он некоторое время пребывал в бреду.

Как оказалось, кости были целы. Но подняться сразу он не смог.

Подготовленный человек не настолько уязвим, как полагает большинство, и Филатов, по всей видимости, клюнул на хорошо запланированную ловушку.

– Вставай! – Чей-то ботинок воткнулся ему в ребра.

Филатов, шатаясь, поднялся. Несколько человек держали его под прицелом пистолетов.

– Идем! – сказал тот, что был меньше всех ростом, и пошел впереди.

– Чего с ним возиться?!

Двое держали Филатова за руки. А обрабатывал неизвестный амбал. Филатов через несколько минут воспринимал только его здоровые кулаки. У того был хорошо поставлен удар. Но, по всей видимости, задачи изуродовать не было, а скорее запугать, надавить психологически.

Через несколько минут третий из братков приказал остановиться:

– Сказано доставить живым! – безапелляционным тоном заметил тот. Филатов с трудом, болезненно щурясь, рассмотрел этого человека. Он был невысок, одет стандартно: черная кожаная куртка, черные джинсы. Лицо не отражало никакого интереса к происходящему, кроме желания быстрее отчитаться перед своим шефом. – Посмотри, бумаги при нем? – также без особого интереса приказал он своему подельнику и, пока тот шарил в карманах Юры, с наслаждением закурил.

Филатов заметил, как тонкая струйка табачного дыма уходит в вентиляционное окошко вверху этой полутемной комнаты.