– Нет, лично мы всего три раза встречались на его концертах. Мы с ним виртуальную связь поддерживаем, очень тесную.

– Это как, мысленно, что ли?

– Не совсем так. Мысленно – это просто мечты и не более. А мы действительно близки безо всяких фантазий. Он меня, можно сказать, ввел в шоу-бизнес, во все секреты посвятил, мы друг от друга ничего не скрываем. Но уж про наши интимные отношения я ничего рассказывать не буду, иначе это как-то неприлично получится.

– Разумеется, ни о чем подобном я вас не буду расспрашивать. Жанна, а свое настроение вы как оцениваете?

– Понимаете как… Оно прекрасное, оно бурлит, но вместе с тем и очень тягостно, потому что я не могу ощутить жизнь вокруг. Мне и приятно, и неприятно одновременно.

– Жанна, то есть получается, что между вами и окружающим миром есть какой-то барьер?

– Нет, никакого барьера я не чувствую. У меня есть другое сравнение: я как будто мертвая. Ну, это как отношения между миром живых и миром мертвых.

У Жанны – ярко выраженное шизоаффективное расстройство. Оно представляет собой прочнейшую взаимосвязь шизофрении с аффективными нарушениями – изменениями эмоционального состояния в сторону подъема или угнетения. В случае с Жанной была смесь мании с депрессией. Что в ней было от шизофрении? Во-первых, это галлюцинаторно-бредовый синдром, выразившийся в виртуальной связи с Каркаровым. Во-вторых, ни с чем не сравнимые шизофренические разлаженность и расщепленность. Хорошо и плохо. Приятно и неприятно. Прекрасное бурлящее настроение и тягостность. Кроме того, не было в ней живости души и живого участия в беседе. Рассказывала о своем «бурлящем» настроении и душевном подъеме с гипомимичным лицом, монотонным голосом.

Болезни Жанны, как хрустальная туфелька Золушке, идеально подошел бы диагноз «шубообразная шизофрения». Нет, эта болезнь не похожа на шубу. Название происходит от немецкого schub – «сдвиг». Здесь имеется в виду личностный сдвиг в худшую сторону. Ведь каждый шуб обязательно привносит частичку дефекта – необратимых изменений личности.

Вот только к великому сожалению наше российское здравоохранение давно отдалось серо-обезличенной МКБ-10[26]. При этом отечественная психиатрическая школа, яркая и богатейшая, оказалась где-то на задворках. А шубообразная шизофрения и не только, как раз из той самой школы.

Ну а теперь на следующий вызов поедем. У мужчины сорока одного года, психоз приключился.

На улице встретила нас заплаканная женщина без единого следочка косметики на измученном лице.

– Здравствуйте, допился он уже вконец! Вы представляете, целый месяц пил! Месяц! Меня ревновать стал, вот просто ни с того ни с сего, на пустом месте! Скандалил, чуть ли в драку не кидался! Без работы остался, выгнали по статье за пьянку. А куда он теперь устроится с такой-то трудовой?

– А нас-то зачем вызвали?

– Да он же всю прихожую топором изрубил! Показалось ему, что мои хозяева к нему пришли и угрожают. В общем, я в продуктовом магазине работаю, продавцом. А хозяева – два брата. Нормальные мужики, не бандиты какие-то, оба семейные. Но ведь этому придурку не объяснишь, ревнует к ним страшно! Ну вот, у меня выходной сегодня, я по магазинам прошлась, возвращаюсь, а он совсем одурел! Орет дурным голосом и топором все крушит!

– Последний раз он когда выпивал?

– Четыре дня назад. Да он ведь не по своей воле прекратил. Блевать начал дальше, чем видит. Полрюмки проглотит и сразу бегом к унитазу.

Вызвал охрану, ждем-с. Кстати сказать, один из читателей, видимо, не умеющий читать, почему-то решил, что ЧОПовцы включены в состав нашей бригады. Так вот, охранники с нами не ездят. Просто скорая заключила договор с ЧОП. И теперь по нашим вызовам приезжает не полиция, а группа быстрого реагирования.