– А какие у вас отношения с родными? Не обижают вас?

– Нееет, что вы! Они все молодцы, не знаю, что бы я без них делал!

Вполне очевидно, что у Петра Васильевича – болезнь Альцгеймера с поздним началом, прежнее название которой «сенильная деменция». За этот диагноз говорили грубые когнитивные нарушения и полное отсутствие критики к болезни. Однако оснований для экстренной госпитализации не было. Ведь он не представлял опасности ни для себя, ни для окружающих, условия жизни у него хорошие. Поэтому, все объяснив дочери, посоветовал ей прийти вместе с ним в ПНД. Там врач-психиатр назначит лечение и если будет необходимость, то планово направит в стационар.

И этот вызов оказался последним в моей смене. На Центр нас рано запустили. Но раньше времени уходить нельзя, иначе тут же сработает закон подлости и тебя непременно хватятся. Поэтому дождался я двадцати ноль-ноль и со спокойной душой отчалил восвояси.

А на следующий день, несмотря на прежний неудачный опыт, посадил я огурец. А вдруг в этот раз возьмет, да и вырастет?

Все фамилии, имена, отчества изменены.

Женские психозы

Наконец-то отступили сильные морозы. Минус семь по сравнению с минус тридцать, почти как майское тепло ощущается. Теперь можно и одеться нормально, а не как капуста в сто одежек.

Вот и притопал я на свою скорую. На этот раз никто никаких неприятных известий не сообщал, все шло своим чередом. Хотел сказать «спокойно», но в пересменку спокойствия не бывает, говоря по молодежному, движуха идет непрерывная.

Убедился, что вся наша бригада в сборе, с имуществом все в порядке, наркотики получил. Ну а теперь можно и на конференцию пойти.

После доклада старшего врача, слово взял главный. Причем взял достаточно сурово:

– Коллеги, мне совершенно непонятны ранние уходы домой. До конца смены еще тридцать минут, а они уже переоделись и уходят! Это что за самовольное сокращение смены?

Тут подключилась начмед Надежда Юрьевна:

– А опоздания? Вон фельдшера Тюрина вчера обкричались на вызов, а его величество изволило на работу явиться только в девятом часу! Короче говоря, теперь все приходы-уходы будем контролировать по камерам. И напоминаю, что на работу вы должны приходить минимум за полчаса до начала смены.

– Надежда Юрьевна, но ведь нам же эти полчаса не оплачиваются! – сказала молодая врач Романова.

– Хорошо, что вы предлагаете? Выезжать на вызовы с опозданием? Пока вы переоденетесь, пока все получите, проверите, вызовы должны терпеливо висеть? Так что ли получается? Уж давайте не будем глупости-то говорить!

И не нашла она чем возразить.

– Так, еще один нехороший момент, – продолжила Надежда Юрьевна. – Коллеги, если вы израсходовали кислород, то уж будьте так любезны, сделайте заявку на заправку! Иначе получится, как у пятнадцатой бригады, которая сдала своей смене ингалятор с пустым баллоном. Тут, конечно, и сменщики виноваты: нужно проверять, что получаешь. Хорошо хоть без ЧП обошлось…

– В общем так, теперь всех будем отслеживать по камерам. Если вопросов нет… – хотел было подвести итог главный, но как оказалось, Надежда Юрьевна еще не иссякла.

– Извините, Игорь Геннадьевич, еще один важный момент. Уважаемые фельдшера, на детских вызовах будьте более аккуратны с диагнозом «Острый аппендицит»! Если вы точно подозреваете аппендицит, а родители отказываются от госпитализации, то в этом случае отказ недопустим. И уезжать вы не должны. В таких случаях нужно связываться со старшим врачом и вызывать полицию. Ведь вы же сами прекрасно знаете, что аппендицит сам по себе не проходит и в конечном итоге угрожает жизни. Уясните, пожалуйста, что такой диагноз от балды не ставится!

Вот и все, завершилась конференция и наступило самое хорошее время.