— Ничего. — Тара прижала коробочку к груди и покачала головой. — Мы кое-что потеряли в огне… Это фибизмы.

— Фибизмы?

— Ну да. Мою маму звали Фиби. Она написала эти… афоризмы, и думаю, их можно назвать именно так, для меня и моих сестер на будущее. Например: «Стаканчик вина может решить вашу проблему, даже если вы не знаете толком, что это за проблема».

Все четыре женщины, сидевшие за столом, знавшие и любившие эти советы, мягко и нежно засмеялись.

Форд тоже хорошо относился к Фиби. Она была приятельницей Люси и завсегдатаем бара Форда. Он улыбнулся воспоминаниям и поймал на себе взгляд Тары, которая тут же сделала вид, что ничего не произошло.

Забавная реакция для человека, на протяжении нескольких месяцев старательно не замечавшего тебя.

— Дай-ка ему стул, дорогая, — сказала одна из присутствовавших женщин, Рани, работавшая в городской библиотеке.

Тара повернулась к Форду. В глазах ее сквозила паника, она явно не была рада его присутствию.

Еще одна забавная реакция.

— Форд не может остаться, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Он… занят. Очень занят. Уверена, у него совершенно нет времени сидеть с нами.

— Я не настолько занят, — возразил Форд и обвел взглядом сидевших за столом. Перед каждой женщиной стояло несколько тарелок с изумительными на вид десертами, которые Тара, должно быть, приготовила у себя дома, поскольку кухня гостиницы еще не функционировала.

Ему захотелось попробовать их.

На столе также стояло вино, которое к его приходу практически кончилось. Все присутствующие, кроме, разумеется, самой Тары, были явно не против, чтобы он к ним присоединился.

— Кроме того, — добавил Форд, — я всегда рад вечеринке.

— Это наше «садовое сообщество». — Тара все еще преграждала ему путь к столу. — Дамы любезно согласились испробовать образцы закусок, которые смогут заказывать постояльцы гостиницы.

В животе у него заурчало, ведь он еще не обедал.

— Я отличный дегустатор, — сказал он с очаровательной улыбкой.

— Но ты ведь так занят, — заметила Тара, тоже очаровательно улыбнувшись, хотя глаза ее говорили «даже не вздумай».

— О, ну что ты, для тебя я всегда свободен. — Форд сам не знал, почему решил подразнить ее. Может быть, все дело в том, что она слишком долго делала вид, что не замечает его. Кроме того, это было просто забавно. Плюс он знал, что воспитанная в традициях Южных штатов она не сможет сказать то, что на самом деле хочет, в присутствии гостей.

Во взгляде Тары ясно читалось желание придушить. Улыбка Форда стала еще шире. Он ничего не мог с собой поделать. Впервые за долгое время он чувствовал себя живым. По-настоящему живым.

Приняв поражение со свойственным ей благородством, Тара, все так же улыбаясь, подошла к буфету с кухонной утварью. Она взяла чистую тарелку, положила туда разных вкусностей и завернула в фольгу. Форду приготовили еду навынос.

— Дорогая, по-моему, он хочет пить, — сказала Рани.

Форд обожал Рани.

— Да, милая, — подхватила другая женщина, — налей бедному работяге стакан чая. Не стоит позволять мужчине такого ранга пить из садового шланга.

— Спасибо, Этель, — пробормотал Форд, и поскольку не сводил взгляда с лица Тары, заметил, как во взгляде ее промелькнуло удивление. Да, Этель он тоже знал. Она была директором рекреационного центра и уже работала там, когда двадцать лет назад он засадил бейсбольный мяч в ее окно, едва не напугав до смерти.