Даже Бастиан нарушил свое молчание. Его голос, глухой и ровный, прозвучал как приговор.

— Решение Капитана Макса было стратегически обоснованным. Он выбрал лидера для этой группы, исходя из ее уникальных качеств. Моя задача — следовать приказам лидера этой группы, пока это не угрожает безопасности госпожи Канаты.

Их слова, их неожиданная поддержка, были как глоток живой воды. Страх и неуверенность отступили, и на их место пришло ясное, кристальное понимание. Кажется, она нашла его — тот самый компромисс.

— Хорошо, — ее голос снова обрел стальную твердость, но теперь в нем звучали нотки азарта. — Тогда вот наш договор. Отныне мы не просто команда, а вторая рейдовая группа Макса. Его элитный отряд быстрого реагирования. И наша цель — не просто пройти этот данж, а сделать это быстрее и с большим количеством очков, чем они. Мы их обгоним. Мы докажем, что его вера в нас была не напрасной. Мы устроим ему сюрприз на финише. Что думаете?

Эффект был подобен взрыву.

Глаза Митяя загорелись дьявольским азартом.

— ОПЕРЕДИТЬ МАКСА⁈ — взревел он. — Это… вот это я понимаю! Я в деле! Я выжму из этого данжа все соки! Мы придем на финиш, обвешанные эпиками, а они будут ковыряться в нубском шмотье!'.

Каната решительно сжала посох, ее губы изогнулись в хищной улыбке.

— Показать ему, что его «младшая сестренка» и ее команда чего-то стоят? Хех, почему бы и нет?'.

Бастиан сделал шаг вперед и с глухим стуком ударил кулаком по своему нагруднику.

— Задача поставлена. И она будет выполнена во имя госпожи.

Даже Лилит, до этого скучавшая рядом с Митяем, облизнулась.

— Больше добычи для хозяина… Мне нравится.

Лера обвела их взглядом. Этот безумный, невозможный, разношерстный отряд. Кажется, они нашли свою цель. И эта цель была простой, понятной и невероятно мотивирующей. Теперь они были соперниками лучшей команды, которую они знали. И это меняло все!

Глава 8

Новый, азартный пакт, скрепленный общим желанием утереть нос команде Макса, подействовал лучше любого эликсира бодрости. Усталость как рукой сняло. Команда, а точнее уже единый, нацеленный на результат механизм, двинулась вперед. Они прошли через пролом, оставленный поверженным Исполином, и оказались перед новыми, массивными вратами из почерневшей от времени бронзы. Те с тяжелым скрежетом отворились, пропуская их в следующий сектор подземелья.

Их шаги, до этого гулко отдававшиеся от стен узкого туннеля, утонули в новом, необъятном пространстве. Шумный, хаотичный азарт мгновенно улетучился, сменившись благоговейной тишиной.

Они стояли в нефе гигантского, разрушенного собора.

Высокие, уходящие во мрак своды терялись где-то в недосягаемой высоте, поддерживаемые рядами потрескавшихся колонн, увитых окаменевшими, мертвыми лианами. Пол представлял собой сложнейшую мозаику из тусклого, разноцветного камня, изображавшую сцены из жизни какого-то древнего, забытого героя: вот он исцеляет раненого, вот в одиночку сдерживает натиск крылатых демонов, вот приносит себя в жертву на сияющем алтаре. Атмосфера здесь давила. Она была пропитана вековой скорбью и чувством долга, застывшего во времени.

А в дальнем конце зала, прямо перед следующими, еще более массивными и наглухо запечатанными вратами, стоял ОН.

«Окаменевший Серафим-Страж 19 ур. (Е+)»

Гигантская, метров семь в высоту, статуя ангела-воителя. Его тело было высечено из серого, похожего на гранит, камня, испещренного сетью тонких, как вены, трещин. Огромные, могучие крылья за спиной были сделаны из черного, как сама пустота, обсидиана, который, казалось, поглощал свет.