Лера увернулась от очередной веерной атаки, почувствовала, как карты просвистели в сантиметре от ее лица, и поняла с кристальной ясностью:

«Так не пойдет, тут все наши навыки стали полностью бесполезны. Черт возьми, и что теперь делать⁈».

Это было унизительно и даже пугающе.

Лера почувствовала, как руль управления ситуацией начинает ускользать из ее рук.

Джокеры не давали им передышки.

Они действовали как стая голодных гиен — постоянно кружили, кусали и отступали, не позволяя команде перегруппироваться или найти твердую опору. Их хихиканье эхом отражалось от стен, создавая какофонию безумия, которая била по нервам не хуже их острых карт.

Лера попыталась использовать свою скрытность, активировав «Неуловимый Покров», но в этом калейдоскопе света и движения не было теней, в которых можно было бы укрыться. Мерцающие экраны автоматов освещали каждый уголок зала, а постоянно меняющиеся неоновые вспышки превращали любую попытку маскировки в фарс.

Бастиан с трудом отбивался от троих джокеров одновременно, пытаясь прикрыть Канату, которая никак не могла закончить заклинание — каждый раз, когда она начинала концентрироваться, какой-нибудь джокер пикировал на нее, вынуждая прерваться.

«Что бы брат сделал на моем месте? — отчаянно думала Лера. — Какова была бы его тактика? Анализ, выявление слабостей и контроль? Но что анализировать, когда правила меняются каждую минуту? Что мне делать?..»

И в этот момент мир снова изменился.

Эффект Локации: Вязкий Воздух

Гравитация вернулась в норму, но тут же воздух вокруг словно загустел, стал похожим на сироп. Каждое движение стало требовать титанических усилий, словно они оказались на дне океана.

Для команды это было почти смертельным приговором.

Их движения теперь стали медленными, как в кошмарном сне. Лера почувствовала, как ее кинжал буквально вязнет в воздухе, когда она пыталась нанести удар. Каната не могла закончить даже самое простое заклинание. Бастиан ревел от ярости и бессилия, не в силах поднять свой молот достаточно быстро, чтобы отразить атаку.

А джокеры… они лишь слегка замедлились.

Их тощие, иссушенные тела с легкостью преодолевали сопротивление плотного воздуха. Они продолжали свой смертельный танец вокруг застывшей, беспомощной команды, методично нанося удар за ударом.

Лера видела, как один из джокеров заходит Бастиану за спину, занося острые карты для удара по незащищенной шее Канаты, а тот не успеет развернуться. В этой густой, как патока, атмосфере ему потребуется целая вечность, чтобы просто поднять щит.

«Черт, черт, черт! Что мне делать⁈ Если так продолжиться, то…!», — с ледяной ясностью подумала Лера.

И тут раздался отчаянный, яростный рев Митяя.

— К ЧЕРТУ ТАКТИКУ! — его крик был подобен взрыву. — ХАОС НУЖНО БИТЬ ХАОСОМ!

Он выхватил из-за пояса свои «Кости Потенциальной Катастрофы». Они тускло светились в его руке, словно чувствуя приближение своего часа.

Митяй проигнорировал джокера, который уже замахивался на него картой-бритвой. Проигнорировал вязкий воздух, сковывающий его движения. Проигнорировал крики и команды в мысленном чате.

Вместо этого он влил львиную долю своей энергии в кости. Они вспыхнули матово-черным светом, от которого воздух словно начал дрожать и искажаться.

— Ловите, ублюдки! — взревел он и с силой бросил их на пол.

Время словно замерло.

Лера в шоке смотрела на вращающиеся кости. Каната замерла, ее глаза были прикованы к артефакту. Бастиан, видя происходящее, прекратил попытки атаковать и просто закрыл собой Канату всем телом, готовясь принять на себя любые последствия этого безумного броска.

Лилит хищно улыбалась, ее алые глаза горели предвкушением.