Точнее, на моих глазах — на том, какими они стали теперь.

Самодовольная ухмылка, с которой он собирался бросить мне новый вызов и выяснить, кто из нас теперь круче, медленно сползла с его лица. Он уставился на белое свечение в моих глазах. Видать, почуял уже… он всегда был к таким вещам чувствителен.

Его рот беззвучно открылся, а потом закрылся. Потом снова открылся, и на его лице отразилась целая гамма эмоций — от недоверия до комичного отчаяния.

«Ты… ты опять… КАК⁈» — просипел он в мысленном чате. — «Это нечестно! Я буквально СЛОМАЛ СИСТЕМУ, а ты… ты стал еще круче⁈ Это какая-то дискриминация по отношению к обычным игрокам!»

И тут не выдержала Лера. Она прыснула, а следом рассмеялись Каната, Рачок и даже Инвок позволил себе тихое хихиканье. Напряжение последних часов и недель спало, словно тяжелый груз с плеч.

Команда снова была вместе.

Но наше воссоединение прервал новый голос — громкий, уверенный, но странно располагающий. Причем шел он от большой группы игроков вокруг.

— Друзья мои! — Из самой многочисленной группы, стоявшей у противоположной стены, вышел высокий, широкоплечий мужчина в неплохой системной броне. Его шлем был снят, открывая лицо человека средних лет с благородными чертами и усталой, но доброй улыбкой. — Думаю, настало время нам всем познакомиться и обсудить наше общее будущее.

Он подошел ближе, и я смог его рассмотреть получше. Качественная экипировка, но не вызывающая. Открытое лицо, располагающая манера держаться. Руки не на оружии — жест доверия. Видимо, профессиональный дипломат или очень талантливый актер.

— Меня зовут Валериус, — представился он, обращаясь ко всем присутствующим в зале. — И я думаю, что всех нас объединяет одно — мы устали от смертей, от предательств и устали воевать друг с другом, когда настоящие враги смеются над нашими трупами.

Его голос нес в себе искреннюю боль, и я заметил, как некоторые лидеры других команд невольно кивнули.

— Я не претендую на лидерство, — продолжил Валериус, поднимая руки в примиряющем жесте. — Я лишь прошу вас выслушать голос разума. Впереди нас ждет последнее испытание. И у нас есть выбор: снова вцепиться друг другу в глотки, как дикие звери, или поступить как люди и объединиться против настоящей угрозы.

Из его группы раздались одобрительные возгласы. Несколько голосов подтвердили его правоту, выразили ему полное доверие. Валериус скромно поднял руку, призывая к тишине.

— Прекрасные слова, — донесся насмешливый голос от противоположной стены. — Но кто сказал, что командовать должен именно ты?

Из группы оборванцев-наемников вышел здоровенный мужик с двуручной секирой. Корган, как я понял из возгласов его людей. Типичный бандитский главарь — широкие плечи, шрамы, наглый взгляд. Скоро мы смогли убедиться, что он был таковым не только на вид. Впрочем, возможно именно поэтому он выжил.

— Я прекрасно понимаю твои сомнения, друг, — Валериус повернулся к нему с выражением искреннего сочувствия. — Но поверь мне, я видел достаточно смертей, чтобы понимать цену жадности. Если мы не объединимся…

— Заткнись! — рявкнул Корган, размахивая секирой. — Хватит этой демагогии! Право сильного, вот единственный закон, который работает в этом новом мире! И если ты хочешь командовать, докажи, что достоин!

Валериус тяжело вздохнул. На его лице отразилась глубокая печаль.

— Если только дуэль может убедить тебя в необходимости единства… — он медленно обнажил простой одноручный меч. — То я вынужден принять твой вызов. Но не ради власти, а ради спасения жизней всех, кто стоит в этом зале.