И Бим уселся и принялся изучать таблицу с результатами испытаний непонятного аппарата.

– Рано или поздно эта штука раскроется, как раковина моллюска. Если ты, конечно, помнишь, что такое моллюск, старина.

За спиной звякнул сигнал тревоги.

– Кто-то вошел в вестибюль, – тихо и очень испуганно проговорил Бим. – Это в полтретьего-то ночи?..

Он встал и пошел по темному коридору ко входу в здание. Может, это Эккерс? Бим тут же почувствовал угрызения совести: не иначе, кто-то отрапортовал, что вот телик был – а потом исчез.

Но его ждал не Эккерс.

В холодном, пустом вестибюле смирно стояли Пол Тайрол и красивая молодая незнакомка. Тайрол радостно заулыбался, и морщинки на его лице пришли в движение. Делец протянул руку, намереваясь дружески поприветствовать Бима.

– Здравствуй.

Они пожали друг другу руки.

– Входная дверь сообщила, что ты еще в здании. Что, работы много?

Бим ответил очень сдержанно – в конце концов, женщину ему не представили, а Тайрол так и не сказал, зачем пришел.

– Да вот, техники нахалтурили. Теперь разоримся, не иначе.

Тайрол захихикал:

– Ну ты шутник…

Глубоко посаженные глазки дельца забегали. Он прямо-таки нависал над Бимом – широкоплечий, уже в годах, с суровым, изборожденным морщинами лицом.

– Не возьмешь пару заказов? А то я это, думал работенку тебе подкинуть. Если, конечно, ты не возражаешь.

– Когда это я возражал? – вежливо отозвался Бим, пятясь и закрывая собой стеклянную дверь в лабораторию. Дверь, кстати, автоматически задвинулась. Хайми работал на Тайрола…естественно, теперь он жажадал любой доступной информации по поводу убийства и следствия. Кто убил? Когда? Как? Почему? Но все это совершенно не объясняло, почему он оказался в лаборатории Бима в глухой час ночи.

– Жуткое дело, – без обиняков начал Тайрол.

Женщину он, похоже, совершенно не собирался представлять. Она отошла к диванчику и закурила. Симпатичная какая. Стройная, волосы каштановые, голубой костюм по моде, голова повязана белым платком.

– Да, – кивнул Бим. – Жуткое.

– Ты там был, насколько я знаю.

Ах вот оно что.

– Ну, – промямлил Бим. – Скажем, я туда заходил.

– Но ты не видел, как это произошло?

– Нет, – покачал головой Бим. – Этого никто не видел, если уж на то пошло. Сейчас люди из Департамента внутренних дел выделяют приметы убийцы. Думаю, к завтрашнему утру у них на руках будет перфокарта с именем.

Тайрол испустил вздох облегчения:

– Ну и замечательно. Нельзя допустить, чтобы такое зверское убийство осталось безнаказанным. Я б убийц вообще в газовые камеры отправлял.

– Газовые камеры, – сухо отозвался Бим, – это примета прежних варварских времен.

Тайрол заглянул ему через плечо:

– И ты, как я понимаю, сейчас работаешь над…

Ну точно, пришел выспрашивать и выглядывать.

– Ладно, Лерой, кончай ходить вокруг да около. Хайми Розенберга – да упокоит Господь его душу – сегодня пристрелили, и вот надо же какое совпадение – я приезжаю сюда и вижу Лероя Бима по уши в работе, уж дым из ушей идет. Давай начистоту. Ты ведь каким-то матерьяльцем с места преступления разжился, правда?

– Ты меня с Эккерсом случайно не перепутал?

Тайрол захихикал:

– Дай взлянуть-то…

– Сначала деньги, потом экскурсии в лабораторию.