– Справился.

И отдал бумаги Дункану.

Тот изумленно переспросил:

– Как справился?

Невозможно! Невероятно! Он осторожно принял распечатки и долго таращился на них, не веря своим глазам. А потом вдруг понял, что произошло. Стоун подделал результат. Завысил оценку. Наверное, пожалел соседа. Дункан поднял голову, и они долго смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова. Какой ужас… Что же теперь делать? Дункан стоял и сам удивлялся собственной реакции.

«Я же хотел провалить тест…» – вдруг понял он. А почему? Да чтобы выбраться отсюда. Чтобы получить предлог бросить вот это все – квартиру, работу. И смотаться куда-нибудь далеко-далеко. Эмигрировать в чем был, даже без сменной рубашки – и приземлиться среди диких неизведанных земель в космической колымаге, которая развалится на части, как только треснется о марсианскую красную землю.

– Спасибо, – мрачно пробормотал он.

Стоун протараторил:

– Вы когда-нибудь сможете оказать мне ответную услугу!

– О да, безусловно, буду рад прийти на помощь… – промямлил Дункан.

Стоун быстренько выбежал из квартиры, а Дункан остался наедине с бормочущим телевизором, бутылкой, тестом с подделанной оценкой и собственными невеселыми мыслями.

А потом подумал: «Мне нужна помощь, Эл. Помоги мне выбраться отсюда, я даже тест провалить не могу, такой я беспомощный криворукий дебил».

Похоже, тень заметил не только он: по тротуару шла пара, а впереди бежал их сын. Мальчик радостно запрыгал на месте и закричал:

– Папа! Смотри! Знаешь, что это? Это папула!

– Б-батюшки… – рассмеялся мужчина. – И впрямь – папула! Мэрион, посмотри, под вывеской прячется марсианин! Давай подойдем и пообщаемся!

И он свернул вслед за мальчиком. А вот женщина как ни в чем не бывало пошла дальше по тротуару.

– Мам, давай к нам! – позвал мальчик.

Наблюдавший за сценкой из офиса Эл легко дотронулся до пульта управления под рубашкой. Папула тут же вылезла из-под вывески «Безумный Люк», Эл направил ее к тротуару. Папула ковыляла на шести коротеньких ножках, над усиками моталась дурацкая шляпа, глазки скосились в сторону удаляющейся женщины. Настроившись на нее, папула пошлепала следом, к полному восторгу папы и мальчика.

– Пап, смотри, она за мамой пошла! Мам, обернись, посмотри, кто там!

Женщина посмотрела назад, увидела похожее на тарелку или жука оранжевое существо и весело рассмеялась. Эл подумал: конечно, разве можно не улыбнуться, глядя на папулу? Она же такая смешная, милая. Давайте, давайте, посмотрите на это чудо. А ты, папула, давай, начинай разговаривать. Скажи «здравствуйте» милой даме, которая так заливисто хохочет, глядя на тебя.

Тут до Эла долетели мысли папулы, обращенные к женщине. Животное приветствовало ее, рассыпалось в любезностях, заговаривало зубы и манило за собой, и вот женщина уже присоединилась к мужу и сыну, и теперь они, все трое, стояли и внимали, а марсианин облучал их ментальными импульсами: я хороший, добрый марсианин, у меня нет враждебных намерений, папула любит вас, а вы любите папулу, а папула – она вообще всех любит, без изъятия, таковы уж традиции гостеприимства на прекрасной красной планете!

А Марс – наверняка замечательное место, уже думали мужчина и женщина. И тут папула излила на них свои воспоминания, всю гамму светлых теплых чувств по отношению к родной планете: боже, а ведь там тепло, и люди не дерганые, как на Земле, не шпионят друг за другом и не проходят это бесконечное идиотское тестирование, эту религиозно-политическую подготовку, на них не стучат в службу безопасности зданий раз в две недели… Подумайте об этом, говорила папула – а они словно приросли к тротуару и не могли двинуться с места.