И он погладил папулу по голове.

– А кроме того, оно принимает участие в выступлении. Мы играем, а оно танцует. Ну, знаете, как дрессированная обезьянка.

– Разрази меня гро-ооом… – восхищенно протянул Слезак – ответ Эла мгновенно рассеял его тревоги. – Понятно, понятно…О, Николь будет в восторге, несомненно, ей нравятся мохнатые милые зверюшки!

Они вошли в зал и увидели – ее.

Ох как ошибся, как ошибся Безумный Люк! Ибо она выглядела даже лучше, чем на экране, она предстала перед ними во всеоружии красоты, ибо они видели ее собственными глазами, потрясающе отчетливо, и ошеломленное зрение свидетельствовало: да, она явилась им, о да, она реальна! Ибо чувства – их не обманешь. И вот она сидела в светло-голубых джинсах, мокасинах и не до конца застегнутой белой рубашке, сквозь которую можно было увидеть – или вообразить себе – загорелую, гладкую кожу… О, как божественно неофициальна она сейчас! Вот так вот сидит – запросто, как обычная женщина. Стрижка короткая, волосы не скрывают очерка изящной шеи и ушей… И она, подумал Иэн, чертовски молода. Нет, ей и двадцати не дашь. И какая в ней ощущается жизненная сила – ах! Да, телевидение этого не передает, на экране не увидишь этого магнетизма, он не передаст тончайшей игры красок и совершенства силуэта…

– Ники, – сказал Слезак, – это те самые классические бутылочники.

Она покосилась на них, оторвавшись от чтения газеты. А потом – улыбнулась.

– Доброе утро, – проговорила она. – Вы уже завтракали? Не хотите ли булочек, канадского бекону и кофе?

Ее голос, странным образом, почему-то исходил не от самой Николь, а слышался откуда-то из верхней части комнаты, из-под потолка. Он поднял глаза и увидел там ряд колонок. А потом понял, что их от Николь отделяет стеклянная стена – видимо, в целях безопасности. Он почувствовал легкое разочарование, но потом осознал ее необходимость. А если с ней что-нибудь случится?..

– Мы уже ели, миссис Тибодо, – заверил Первую леди Эл. – Спасибо.

Он тоже смотрел вверх, на колонки.

«Мы ели миссис Тибодо», – вдруг пришла Иэну в голову дикая, дурацкая мысль. А разве на самом деле все не наоборот? Вот она сидит перед нами в джинсах и белой рубашке, и разве не она нас пожирает?

Тут вошел Президент, Тофик Нигел – стройный, подвижный, смуглый. Он подошел к Николь, та подняла голову и проговорила:

– Смотри, Тоффи, они привели папулу! Здорово, правда?

– Да, – сказал Президент, улыбаясь.

И встал за креслом супруги.

– А я могу на нее посмотреть? – спросила Эла Николь. – Пусть подойдет.

И она подала знак, и стекло стало подниматься.

Эл опустил папулу на пол, и та побежала к Николь. Тварюшка проскользнула в щель под барьером и прыгнула на колени к Первой леди. Та тут же подняла ее сильными, уверенными руками и присмотрелась.

– Тьфу, – наконец вынесла она вердикт. – Она не настоящая. Это кукла.

– Они вымерли, – отозвался Эл. – Это всем известно. Но эта папула – точная копия живой папулы, восстановленная согласно данным археологов.

И он сделал шаг вперед…

– Дорогая, хочешь такую же? – спросил ее супруг. – Мы немедленно достанем. Даже нескольких, если захочешь.

– А что она умеет? – спросила Николь, обращаясь к Элу.

Слезак радостно доложил:

– Мэм, она танцует под музыку, у нее прекрасное чувство ритма, не правда ли, мистер Дункан? Может, сыграте какую-нибудь коротенькую пьеску? Чтобы миссис Тибодо посмотрела на танец?

И он радостно потер ладошки.