Помочав, Эл сказал Иэну:

– Он прав. Мы получили это приглашение благодаря папуле. Но… да ладно, пошло оно все. Мы все равно выступим.

– А ты смелый парень, – заметил Люк. – Но глупый. И тем не менее, тем не менее… тебе удалось произвести на меня впечатление. Теперь я понимаю, почему у тебя продажи запредельно высокие – потому что ты никогда не сдаешься. Ладно, бери папулу в Белый дом. Но смотри, чтобы следующим утром она опять была в космопарке!

И он перебросил Элу круглое, похожее на жука существо. Тот схватил зверюшку и прижал к груди, словно большую подушку.

– Может, это, конечно, и реклама для нас, – продолжил Люк. – Но я знаю одно. Мы Николь не нравимся. Сколько людей ускользнули от нее – и все из-за нас. Мы – слабое место в мире мамочки, и мамочка знает это.

Он осклабился, показывая золотые зубы.

Эл пробормотал:

– Спасибо, Люк.

– Только вот что: папулой буду управлять я, – строго предупредил Люк. – Ну, на расстоянии. У меня все-таки опыта побольше. В конце концов, я же их придумал и запустил в производство.

– Да без проблем, – покивал Эл. – Я-то все равно буду на игре сосредоточен, куда мне еще папулу настраивать…

– Вот, – сказал Люк. – Я ж говорю: ты ж бутылку свою двумя руками держишь!

Люк говорил, Иэн слушал – и что-то его насторожило в голосе братцева начальста. Что-то Люк, похоже, замышляет… Но что? Так или иначе, выбора им не осталось – без папулы успеха им не видать. И конечно, Люк управится с ней виртуозно, он ведь только что показал класс, куда там Элу, и кроме того, правильно Люк заметил, что Эл, так или иначе, будет занят, когда играешь, не до возни с пультом. Но… что-то, что-то тут не то.

– Безумный Люк, – тихо сказал Иэн. – А ты когда-нибудь Николь видел? Ну, лично встречался с ней?

– Ну да, – не дрогнувшим голосом отозвался Люк. – Давно это было. Мы с отцом ездили по стране с кукольным театром. Нас и в Белый дом пригласили в конце концов.

– А что там случилось? – поинтересовался Иэн.

Люк помолчал, но все же ответил:

– А ей не понравилось. Она сказала что-то вроде – «какое безобразие, эти куклы неприлично выглядят».

И теперь ты ее ненавидишь. Вот оно что, подумал Иэн. Ты ее так и не простил.

– А они были неприличные? – спросил он Люка.

– Нет, – ответил тот. – Ну, правда, в одном акте мы стрип-шоу показывали, и куклы изображали девиц легкого поведения. Но никто ж не жаловался до этого. Отец очень расстроился, а мне… мне было плевать.

Его лицо не выражало ровным счетом ничего.

Эл проговорил:

– А что, Николь и тогда уже была Первой леди? Так давно?

– Конечно, – покивал Люк. – Она занимает этот пост вот уже семьдесят три года. Вы разве не знали?

– Но это невозможно, – разом откликнулись они.

– Еще как возможно, – сказал Люк. – Она сейчас совсем старушка. Бабулька. Но, думаю, еще ничего выглядит. Да вы сами все скоро увидите.

Иэн ошеломленно пробормотал:

– Но по телевизору…

– Ну, – засмеялся Люк. – По телевизору все, что угодно, покажут. На экране ей лет двадцать, не больше. Но вы сами-то в учебники истории загляните, там все написано. Эти факты никто ни от кого не скрывает.

А что нам за дело до фактов, подумал Иэн, если мы ее каждый день собственными глазами видим – и видим, что она по-прежнему молода и красива.