– В чем смысл? Я не понимаю, что это нам даст, – высказался один из агентов.

– Если «Генукс-Б» не существует, – понимающе кивнул Стаффорд, – значит, он не может объявить боевую тревогу – логическое противоречие.

– Но он уже ее объявил, – напомнил коротышка. – И знает об этом, поэтому в два счета установит факт своего существования.

– Давайте проверим, – настаивал инженер. – Мне просто любопытно. И насколько я могу прогнозировать, вреда не будет. Если что, вымысел всегда можно удалить.

– По идее, – рассуждал вслух Стаффорд, – получив эту карточку, он должен прийти к заключению, что не мог бы ничего получить, если бы не существовал? И сразу отметет утверждаемое? Так?

– Не знаю, – признался инженер. – Я никогда даже в теории не обсуждал вероятность отрицания себя компьютером калибра «Б».

Он вставил карту в картоприемник и отошел. Все напряженно ждали. После долгой паузы по исходящему кабелю пошел сигнал. Инженер, надев наушники, расшифровывал ответ компьютера для остальных.

«Анализ информационной составляющей, отрицающей существование многофакторного вычислительного прибора «Генукс-Б». Если составляющая 340s70 истинна, то я не существую. Если я не существую, то меня нельзя проинформировать о несуществовании моего обобщенного класса. Если меня нельзя об этом проинформировать, то вам не удалось это осуществить и составляющая 340s70 для меня не существует. Следовательно, я существую».

– Во дает! – восхищенно присвистнул коротышка. – Справился. Разложил по полочкам. Он, то есть она, эта машина, доказала, что данные неверны, поэтому их можно не рассматривать. И продолжать начатое.

– То же самое, – заявил Стаффорд мрачно, – он проделал с карточками, отрицающими существование Герба Сузы.

Все посмотрели на него.

– Логическая цепочка та же самая, – пояснил Стаффорд. – Должно быть что-то общее, какое-то объединяющее звено между данностью под названием «Генукс-Б» и данностью по имени Герб Суза. У вас есть при себе какие-нибудь безделушки, призы или что там из сузовских автоматов? – спросил он фэбээровцев. – Я бы хотел взглянуть…

Самый внушительный из агентов послушно расстегнул портфель и, вытащив пластиковый пакет лабораторного вида, высыпал на соседний стол кучку блестящих побрякушек.

– Зачем они вам? – удивился инженер. – Их уже проверяли в лаборатории. Мы ведь говорили.

Стаффорд, не ответив, уселся за стол, повертел в пальцах одну из блестящих пластмассок, потом другую.

– Вот, смотрите. – Он перебросил крошечную штуковину на другой конец стола, та отскочила, и фэбээровец за ней нагнулся. – Узнаете?

– Да, – буркнул инженер. – Некоторые фигурки сделаны в форме спутников. Есть баллистические ракеты. Есть межпланетные. Есть самоходные установки. Солдатики попадаются. А эта напоминает компьютер.

– «Генукс-Б», если точнее, – поправил Стаффорд, протягивая руку за фигуркой. Фэбээровец послушно отдал. – Да, это «Генукс-Б». Вот и ответ. В них все дело.

– Что? – возмутился инженер. – В них? Почему?

– Вы все фигурки отдавали на анализ? Я имею в виду, не по одному контрольному образцу на каждый тип или на каждую партию, а все до единой?

– Разумеется, нет! – ответил агент. – Их десятки тысяч. Но на фабрике-изготовителе мы…

– Пожалуйста, отправьте вот эту на полный лабораторный анализ, – попросил Стаффорд.