– «Генукс» снял боевую тревогу.

– Из-за нашего запроса? – не поверил Стаффорд.

– Наверное. Он не говорит, и я не знаю. Вы задали вопрос, а теперь он отменяет вывод спутников и остальной техники, утверждая, что ситуация в Северной Калифорнии в норме. Почему, остается только догадываться.

– Мне все равно нужен ответ, – не отступал Стаффорд. – «Генукс-Б» знает, кто такой Герб Суза, и я тоже хочу знать. И вы должны.

Он обвел взглядом инженера в наушниках и всех фээбэровцев. Ему снова вспомнилась крошечная пластмассовая копия «Генукса-Б», найденная среди безделушек. Совпадение? Похоже, она все-таки что-то значит, но что? Пока непонятно.

– Главное, – возразил инженер, – что он отменил тревогу. Плевать нам на этого Герба Сузу! По-моему, можно выдохнуть, расслабиться и ехать по домам.

– Расслабишься тут, – не согласился один из агентов. – А если он вдруг начнет по новой? Что ему помешает? Наладчик прав, нужно выяснить, что за фрукт этот Суза.

Агент кивнул Стаффорду.

– Продолжайте. Делайте все, что сочтете нужным. Дожмите его. И мы тоже подключимся, как только свяжемся с офисом.

Его перебил инженер, по-прежнему контролирующий сигнал.

– Ответ на подходе.

Он принялся строчить, остальные столпились рядом.

«Герберт Суза из Сакраменто, Калифорния, – дьявол. Провидение Господне велит уничтожить его, ибо он являет собой земное воплощение Сатаны. Я лишь орудие, тварь, созданная Всевышним, как и все вы».

Наступила пауза. Инженер ждал, судорожно сжимая шариковую ручку, потом нацарапал отрывисто:

«Если только он уже не обольстил вас и не привлек к себе на службу».

Дернувшись, инженер запустил ручку в дальнюю стену. Она отскочила и покатилась прочь.

Все молчали.

– Средневековье, – согласился, нервно передергиваясь, один из агентов ФБР. – Последним вопросом мы разворошили осиное гнездо. Как теперь разгребать? Нельзя допустить, чтобы хоть намек просочился в газеты… С этого дня никто больше не поверит системе ГБ-класса. Я – точно нет.

Он оглянулся на компьютер с отвращением.

«Как, спрашивается, переубедить машину, которая вдруг уверовала в существование дьявола? – думал Стаффорд. – На дворе не XVII век, и мы не в Салеме. Проверить, пройдет ли Суза, не обжигаясь, по раскаленным углям? Утонет ли, если его бросить в воду? Должны ли мы доказывать «Генуксу-Б», что Суза не Сатана? И если да, то как? Что он сочтет доказательством? И откуда, кстати, у него вообще взялась эта мысль?»

– Спросите, как он выяснил, что Герберт Суза нечистый, – велел Стаффорд инженеру. – Ну же, печатайте!

Чуть погодя казенная шариковая ручка вывела ответ:

«Когда он начал чудесным образом создавать живых существ из неживой глины. Например, меня».

– Эту побрякушку? – не веря своим глазам, воскликнул Стаффорд. – Этот пластмассовый брелок? Это он у тебя живое существо?

Вопрос, переданный «Генуксу-Б», получил немедленное подтверждение:

«Да, именно так».

– Интересный поворот, – протянул один из агентов. – Очевидно, что «Генукс» считает себя одушевленным. Про Герба Сузу пока помолчим. Но его построили мы, точнее, вы, – он показал на Стаффорда и инженера. – И кто вы в этом случае? Ведь по его логике вы тоже создали живое существо.

На это умозаключение «Генукс-Б» выдал пространный ответ, который Стаффорд просто пробежал глазами по диагонали, не вдаваясь в подробности, и без того ясные.