— Никогда не следует пренебрегать возможностью расширить кругозор юной леди, — заявила Августа. — Разрешите представить мою дочь. Сегодня она у нас в гостях.

 Минутку поболтав с Розалиндой, они продолжили свой путь.

 Мередит с круглыми от любопытства глазами старалась запомнить каждую деталь — от картин на стенах до газет на столах.

 — Неужели здесь действительно все так, как и в папиных клубах?

 — Очень похоже, насколько нам позволено о том знать, — шепнула Августа. — Только там одни мужчины, а здесь дамы. Да и ставки за игорными столами у нас не так высоки, как в клубах на Сент-Джеймс-стрит, ну а остальное все почти так же. По-моему, нам отлично удалось создать нужную атмосферу.

 — Мне очень, очень нравятся эти картины, — призналась Мередит. — Особенно вон та.

 — Эго портрет Гипатии , — пояснила Августа. — Она была известным ученым и жила в Александрии. Писала книги по математике и астрономии.

 Мередит внимательно слушала.

 — Может быть, и я когда-нибудь напишу книгу.

 — Может быть.

 И тут Августа заметила, что Салли на другом конце гостиной повернула голову и смотрит на нее. Но радость от встречи с любимой подругой омрачила тревога…

 С первого взгляда Августе стало ясно, что здоровье Салли значительно ухудшилось за последний месяц. Она, безусловно, как и всегда, старалась выглядеть как можно лучше, однако элегантное платье не могло скрыть ее бледности. Кожа Салли стала болезненно прозрачной, а сама она казалась просто невероятно хрупкой. Болезнь выдавали и ее глаза: в них плескалась постоянная боль, которую она скрывала поистине стоически. Это было невыносимо! Августе очень хотелось расплакаться, но она прекрасно понимала, что своими слезами только расстроит Салли.

 Она просто бросилась к ней, опустилась перед креслом на колени и ласково ее обняла:

 — Ах, Салли, как чудесно снова тебя увидеть! Я так о тебе беспокоилась.

 — Ну я все еще здесь, как видишь, — отозвалась Салли поразительно твердым голосом. — И куда больше, чем прежде, занята, помогая тирану, за которого ты вышла замуж. Грейстоун всегда очень суров в отношении своих подчиненных.

 — Ты помогаешь Грейстоуну? Неужели и ты? — простонала Августа, когда до нее дошел смысл слов Салли. — Ну да, мне следовало бы догадаться раньше. И ты тоже участвовала в его… — Она запнулась, вспомнив о Мередит.

 — Ну разумеется, дорогая моя. Ты же знала о моем довольно неприглядном, с точки зрения света, прошлом, не так ли? — Салли тихонько засмеялась, явно довольная собой. — А теперь представь меня юной леди. Если не ошибаюсь, дочь Грейстоуна?

 — Совершенно верно. — Августа познакомила их, и Мередит склонилась перед Салли в почтительном реверансе.

 — Вы так похожи на своего отца, что ошибиться просто невозможно! — Салли любовно оглядела девочку. — Его умные глаза. Его сдержанная улыбка. Как это мило! Ну беги, Мередит, полакомься пирожными в нашем буфете.

 — Благодарю вас, леди Арбутнотт.

 Салли посмотрела ей вслед: Мередит тут же устремилась к подносам с различными закусками, установленным на другом конце комнаты. Потом Салли медленно повернулась к Августе:

 — Очаровательное дитя!

 — И обладает точно такой же склонностью к научным исследованиям, как и ее отец. Собирается когда-нибудь написать книгу. — Августа опустилась в соседнее кресло.

 — Что ж, вполне возможно, напишет.